Я веду расследование…
– Только не начинай сначала, – засмеялась Хоменко."
"– …смерти Полины Железновой, – как ни в чем не бывало закончила я фразу, – ее мать наняла меня, частного детектива Дарью Васильеву, чтобы раскрыть тайну смерти дочери. А Молокова я хорошо знаю, можно сказать, что дружили еще наши дед и бабушка. Да ты позвони Кириллу и спроси обо мне. Он сейчас дома, флюс лелеет.
Варя секунду глядела в окно, потом вытащила изящный телефончик в серебристом футляре и стала тыкать в кнопки.
– Побеседуй спокойно, – сказала я, – пойду пока пирожки выберу.
Стоя у прилавка, я краем глаза наблюдала за Хоменко. Девушка, насупив брови, слушала Кирилла. Увидев, что она засовывает аппарат в сумочку, я подхватила тарелочку с двумя кусками пирога и вернулась к столику.
– Рекомендую, грушевый десерт, никаких калорий.
– Ладно, извини, – сказала Варя, – надо было сразу догадаться и позвонить мужику. Просто в прошлом году один парень, из бывших клиентов, узнал меня на тусовке и решил подзаработать. Значит, Поля умерла…
– Разбилась в машине, врезалась на большой скорости в дерево.
– Странно, она всегда осторожно ездила и никогда не садилась за руль выпивши.
Я развела руками:
– Тем не менее смерть застала ее за рулем. Ты хорошо знала Полину?
Варя улыбнулась:
– Естественно.
– Если не секрет, откуда?
– Мы учились в одной группе.
– В институте? – удивилась я.
– Что же здесь странного? – парировала Варя.
– Ничего, конечно, но…
– Думали, что элитная проститутка не может посещать вуз? – усмехнулась Варя.
– Как же ты попала к Молокову?
Варя пожала плечами:
– Просто.
ГЛАВА 24
Варечка воспитывалась в семье, ведущей богемный образ жизни. Ее родители играли в ансамбле. Папа лабал на гитаре, мама на клавишах. Группа называлась «Красный слон». Особой популярностью она не пользовалась, в Москве выступала мало, в основном каталась «с чесом» по провинции, давая по три-четыре концерта в день. Все детство Варечка протряслась в поезде и автобусе, мотаясь по городам и селам.
Актерские дети – это отдельная песня.
Если у них нет сердобольных бабушек или тетушек, малыши спят за кулисами, едят что бог послал, и ни о каком режиме нет речи. Варины родители были молоды, абсолютно безголовы, и девочка росла, как лопух в придорожной канаве. Спать она ложилась в четыре утра, просыпалась тогда, когда другие дети садились обедать. Никто не водил ее гулять, не таскал по музеям и выставкам. В доме у них вечно толклись люди, впрочем, в родной квартире они бывали редко.
