Но в огромном универмаге всегда полно народа, там весело играет музыка, вокруг мелькают разнообразные красивые вещи. Мне просто хотелось отвлечь Полю, поднять ей настроение.
Поставив автомобиль на стоянку, мы спустились вниз и выбрали в «Сбарро» салат и пиццу.
– Кофе у них мерзкий, – сообщила повеселевшая Поля, – пойду возьму у «Арнольда».
– Лучше давай сначала съедим все, а потом поднимемся в «Эстерхази», – предложила я.
Через час, сидя в кондитерской, я осмелела и осторожно спросила:
– Что произошло?
Полина нахмурилась:
– Дикая жуть.
Такое даже и представить нельзя.
Она помешала ложечкой кофе и сказала:
– Слушай.
После первой пары к ней подбежала Лена Рокотова из параллельной группы и взмолилась:
– Полька, будь человеком, дай «Жигули», домой съездить!
Железнова не любит, когда ее машиной пользуются посторонние, и дает ключи от автомобиля только в крайнем случае.
– Зачем тебе? – недовольно спросила она.
Ленка чуть не зарыдала.
– Забыла домашнее задание, прикинь, что со мной Мавра сделает.
Мавра, или Марина Владимировна Маврина, преподает в их институте технический перевод. Абсолютно непреклонная, неумолимая дама, не дававшая никому ни малейшей поблажки. Можно было сколько угодно ныть:
– Ну, Марина Владимировна, ей-богу сделала, на следующее занятие принесу, ну, пожалуйста…
Противная баба только ухмылялась и отвечала:
– Я понимаю, что технический перевод понадобится в жизни отнюдь не всем, поэтому совершенно не настаиваю на выполнении заданий, но, как педагог, не могу простить пренебрежительного отношения к науке.
Поэтому минус один.
Студент, попавший в такую ситуацию впервые, как правило, интересуется:
– Минус что?
– Минус один балл на экзамене, – спокойно поясняет злыдня Мавра, – если заслужишь, отвечая, три, поставлю два, если четыре – три… Понятно? Ежели не выполнишь следующее задание, будет минус два, как наберешь минус четыре, на экзамен можешь не приходить.
Глупые первокурсники хихикали, им всем вначале казалось, что Марина Владимировна шутит.
Но в первую же сессию выяснялось: Мавра говорила серьезно.
Теперь понимаете, почему забытая тетрадь превращается в катастрофу?
– Ну, пожалуйста, Полечка, – умоляла Ленка, – мне тут рядышком, за пять минут обернусь, а пешком долго бежать…
– Чего на своей не поедешь? – не сдавалась По-лина.
– Так она сломалась! Я сегодня безлошадная…
– Ладно, – вздохнула Поля, – но, если поцарапаешь или помнешь крыло, убью.
