В детстве Полина была жуткой ябедой и мигом наушничала матери о чужих проказах.
Став старше, она приезжала уже не столь часто…
Я призадумалась. Внезапно мне стало понятно, что новый всплеск любви к нам у Полины совпал с получением нами богатства. До того она не была у нас года два, правда, всегда звонила поздравить с днем рождения и Новым годом."
"Но только Наташка превратилась в баронессу Макмайер, как Полина стала проводить у нас все выходные. Один раз мне даже показалось, что ей нравится Аркашка. Она на него так смотрела! Но потом я подумала, что ошиблась… Они ведь были знакомы с детства, и никогда ничего похожего на влюбленность между ними не намечалось.
И потом, в тот год, когда мы совершенно неожиданно разбогатели, Кешка уже был женат на Зайке, а у Поли имелся Костя…
Полина ездила с нами в Париж. Воспоминания увели меня в прошлую осень. Вот мы с ней входим в магазин «Самаритэн», где покупаем ей обновки. Причем множественное число глагола «платить» тут не подходит. У кассы всегда расплачивалась я.
Впрочем, я же давала ей деньги и в Москве, просто подсовывала в сумочку. Поля никогда не просила, но я знала, что с наличностью у нее швах. Кстати, Зайка частенько дарила ей духи, косметику, красивое белье… Мы считали Полину родственницей, ну кем-то вроде племянницы…
Плавную цепь воспоминаний прервал звонок.
– Ты где? – рявкнула Зайка.
– На улице, недалеко от Новослободской.
– Немедленно езжай домой!
– Почему?
– Как это?! – закричала Ольга. – Забыла?! А се-риал?!
– Но при чем тут я?
– При том, быстрее возвращайся, все ждут, Борис жутко ругается!
Тяжело вздохнув, я выжала сцепление и врубила первую скорость.
Так и знала, покоя теперь не будет.
Наш холл походил на кошмар. Гроб стоял у стены, и в нем опять спал Банди. Вся вешалка была забита куртками, дубленками и шубами, по полу тянулись толстые черные провода. Из гостиной доносился повелительный голос Бориса:
– Так, сели, Ольга, берешь яблоко, поехали…
Я приоткрыла дверь и зажмурилась. В комнате ослепительно били прожектора.
– Кто там? – заорал режиссер.
Потом увидел меня и сменил гнев на милость:
– О, Дашенька, чудесно, очень вовремя, у нас сцена семейного обеда. Сядьте возле Ольги…
– Делать-то что? – спросила я, покорно усевшись на стул. – Слова какие говорить?
– Ведите себя естественно, – посоветовал Борис, – ну, улыбайтесь, шутите, как обычно во время приятного совместного времяпрепровождения…
Я посмотрела на бледного Аркадия, потную Маню, красную Зайку и подавила вздох.
