Чувственная пытка — это еще хуже, чем порка. Неизвестность — ужасное испытание. Беспомощность — как вишенка на торте.
Дина плавилась, как мороженое на жаре. Лео творил с ее телом чудеса, о которых она и не подозревала. От одного его взгляда она теряла голову и была готова на любые безумства. Она позволила себя привязать, да еще в такой позе, что можно сгореть от стыда! И этот стыд вызывал сладкое томление и желание, которому невозможно противиться.
Лео выбрил ее между ног! Наряду с негодованием Дина безумно хотела погладить себя по гладкой коже.
А после порки флоггером она едва сообразила, о чем ее спрашивают.
Наказание?
О да, да! Это наказание! Она хотела кончить, изнывала от нетерпения, а Лео… Лео не торопился.
Дина прислушивалась к звукам. Что-то металлическое стукнулось о гладкую поверхность столика рядом с креслом. Что-то зажужжало и затихло. Что-то прохладное коснулось ее кожи в складочке между ягодицами.
— Не-е-ет… — захныкала Дина, сообразив, что Лео смазывает анус.
— Ты снова пытаешься мной руководить, сладкая? — вкрадчивый голос раздался над ухом.
Дина вздрогнула.
— Нет! Нет, Мастер, нет. Простите.
Во рту снова пересохло. В дырочку ткнулось что-то твердое и холодное. Пробка, что же еще! Дина больше не возражала, и в награду Лео поласкал ее между ног, обводя пальцем круги вокруг клитора.
Еще чуть-чуть, и… Нет, он снова отступил, не позволив ей получить разрядку. Дина всхлипнула.
Что-то влажное коснулось груди. Язык? Да, и губы, сжавшие сосок.
Лео взял его в рот, ласкал языком, прикусывал зубами. А потом острая боль заставила Дину застонать. Она попыталась выгнуть спину, но ремни удерживали крепко.
Зажим. Лео поставил на сосок зажим. И перешел к другой груди, проделав там то же самое. Дине казалось, что малейшее прикосновение к промежности заставит ее взорваться, и тут Лео озвучил новое пожелание.
— Ты кончишь только тогда, когда я разрешу, сладкая, — произнес он. — Ты поняла?
— Да-а-а… да, Мастер…
Кажется, она заплакала — теплую слезинку впитала повязка.
Как хорошо, что Лео не видит!
Он коснулся половых губ, провел пальцем вверх и вниз, и Дина задрожала, сдерживаясь из последних сил. Пальцы раздвинули складочки, и она почувствовала ветерок — Лео дул на клитор, заставляя ее хватать ртом воздух от неведомых доселе ощущений. Ее подбрасывало, как на качелях, — вверх-вниз, вверх-вниз. А потом пальцы сжали клитор, и…
— Можешь кончить, Дина.
