Дориан Дарроу: Заговор кукол

Ее романы были весьма забавны в своей наивности.

"…даже опытные сотрудники Скотланд-Йарда были потрясены небывалой жестокостью преступления. Однако старший инспектор Лоусон решительно опроверг слухи о том, что к данному убийству причастен Мясник.

— Все жертвы Мясника — падшие женщины, тогда как мисс Тейер по словам ее друзей и знакомых была дамой высоких моральных принципов и убеждений, — поведал инспектор в доверительной беседе с корреспондентом нашей газеты. — В данном случае совершенно ясно, что следует искать того, кто был возмущен содержимым книг мисс Тейер…"

Дрожь проходила, сменяясь удивительной расслабленностью.

Еще немного и мадам Алоизия вернется в постель. Сон ее будет крепок и спокоен.

"…и многие факты подтверждают правоту инспектора. Так из достоверных нам источников стало известно, что кровавое преступление было совершено на листах новой рукописи "Мятежная луна", каковая уже изъята издателем. Надо полагать, в скором времени милые дамы получат возможность насладиться этой последней и, безусловно, трагичной книгой мисс Тейер.

Во-вторых, маниак с удивительной точностью воспроизвел ритуал, описанный в предыдущей книге "Гостья полдня", окружив тело двенадцатью свечами…"

Ангелов прощенных ради, это же чушь полнейшая! Мадам Алоизия зевнула, дав себе зарок больше не читать глупых книг и не менее глупых газет.

Вот только эту статью.

"…а сердце ее возлежало на пишущей машинке…"

— Дамочка заслужила за свою писанину, — сказал он, закрывая за собой дверь.

Алоизия вскочила. И недавнее спокойствие исчезло без следа. Он знает? Конечно. Иначе зачем бы явился днем? Он же, сняв маску и шляпу, пригладил волосы, которые и без того лежали аккуратными волнами. Лениво поднял с пола газету, сложил и хмыкнул:

— А рисовальщик неплох. Ты только посмотри сколько трагизма в этой картине!

— Или в этой? — он словно не слышал ее, с искренним интересом разглядывая иллюстрации. — А самое интересное здесь то, что они все смотрят не туда.

— Инспектор. Полиция. Репортеры. Наш мальчик может быть спокоен, его кандидатуру уже отмели… но ты посмотри, до чего похожа! Просто одно лицо.

Пришлось подойти, второго отказа он бы не принял.

Ничего он не может знать! В конце концов, мадам Алоизия письмо отнесла сама и уж точно никому не упоминала о своем желании сбежать. Он думает, что Алоизия верна. И она была бы верна, но…

— Дженни делает успехи, — он протянул газету.