Дорога без возврата

 – Королевич? Я ж вижу, что ты за тип. Думаешь, я слепой?

– Собираетесь завтра вернуться с оружием? – медленно спросил Микула. – Хоть за частью того, что, как ты сказал, осталось в пещере. За еще большим профитом?

– Была такая мыслишка, – ощерился оборотец. – Но после нашей краткой беседы мы решили отказаться.

– И очень правильно сделали, – вдруг сказала Висенна, выходя из-за спины Корина и встав перед конным. – Очень правильно сделали, что отказались, Кехль.

Корину почудилось, что ветер неожиданно усилился, завыл меж камнями и травами, ударил холодом.

Висенна продолжала каким-то чужим металлическим голосом:

– Тот из вас, кто захочет вернуться, умрет. Я это вижу и предрекаю. Уходите немедленно. Немедленно. Сейчас же. Тот, кто попробует вернуться, умрет.

Оборотец наклонился, взглянул на чародейку. Он был немолод – шерсть почти пепельная, испещренная седыми прядками.

– Ты? Так я и думал. Я рад, что… Впрочем, не все ли равно. Я сказал, что мы не намерены сюда возвращаться. Мы присоединились к Фрегеналю ради заработка… Это кончилось.

Сейчас у нас на шее Круг и целые деревни, а Фрегеналь начал бредить о власти над миром. Хватит с нас и его, и страховидла с перевала.

Он натянул поводья, повернул коня.

– Зачем я это говорю? Мы уходим. Бывайте здоровы.

Никто ему не ответил. Оборотец задержался, глянул на опушку леса, потом посмотрел на неподвижную шеренгу своих конников. Снова наклонился в седле и, заглянув в глаза Висенне, сказал:

– Я был против покушения на тебя. Теперь вижу, что верно поступал.

Если скажу, что костец – смерть, ты все равно пойдешь на перевал?

– Верно.

Кехль выпрямился, прикрикнул на коня, помчался к своим. Спустя минуту конники, выстроившись в колонну и окружив телегу, двинулись к дороге. Микула уже был рядом со своими. Что-то говорил, успокаивал бородача из Порога и других жаждущих крови и мести. Корин и Висенна молча наблюдали за проходящим мимо них отрядом. Конники ехали медленно, глядя прямо перед собой, демонстрируя спокойствие и холодное презрение. Лишь Кехль, проезжая, слегка приподнял руку в прощальном жесте, со странной гримасой посмотрев на Висенну.

Потом резко пришпорил коня, помчался в голову колонны и скрылся меж деревьев.

7

Первый труп лежал у самого входа в пещеры. Задавленный, втиснутый между мешками с овсом и кучей хвороста. Коридор разветвлялся, сразу за разветвлением лежали еще двое – у одного голова была размозжена ударом палицы либо обуха, второй был покрыт коркой застывшей крови из многочисленных ран.