Дорога через прошлое

Штык лопаты вновь и вновь входит в грунт, громоздятся бревна накатов, для тыловых учреждений роются щели для пережидания авианалетов.

От многомесячного рытья земли можно было офигеть, но никто не ныл. Я-то ладно, но все считали, что не зря так долго стоит тишина. Немцы этим летом соберут все силы и попытаются отыграться снова. Типа: вы нас бьете зимой, мы вас – летом. Так что надо ждать реванша. Правда, наступил май, и все ждали их наступления, как в прошлом году, а немцы стояли и стояли. Нет, с их стороны были видны признаки работ, строились укрепления, периодически рычали моторы, артиллерия пристреливалась.

Доморощенные стратеги стали строить теории, что немцы вообще не полезут. Им возражали такие же маршалы в погонах рядовых и ефрейторов, что в сорок первом немцы начали в конце июня и только к октябрю смогли доползти до Москвы. Наполеон без автомобилей, на конной тяге был даже быстрее. Так что если начать в середине июля, то время до осенней распутицы как бы есть.

Насчет погон я немного пошутил, их с зимы потихоньку вводили, но еще не до конца. Когда нас перебросили прикрывать саперов, ставящих минные поля, так оказалось, что саперы еще в гимнастерках с петлицами щеголяют. У нас уже погоны были, а они в мае – с петлицами.

Тут я насмотрелся, как они с минами работают. Что интересно, я думал, что в это время мины выглядели, как в мое: металлические, дискообразные, в них ввинчивается взрыватель в виде маховичка.

Противотанковая мина – длинный ящик, по виду напоминающий гробик для любимого мопса, противопехотная – небольшая деревянная коробка. А взрыватель одинаковый! И там, и там! Вот чудеса-то. И выглядит, как какой-то штуцер. Саперы понарассказывали, что взрыватель очень чувствительный, так что трогать мины после установки опасно, ибо случится «моментально в море». Тогда не знал, правда это или они лапшу на уши вешали нам, как незнакомым с предметом, но своего они добились, никто к их драгоценным минам и взрывателям руку не тянул.

Ну да, та же противопехотная мина – двести граммов тола. Наступишь – нога к черту, может, и вторая вместе с ней, если близко стоит. У нас в доме жил один парень, звали его Вадим, так вот он на подобной мине подорвался. Левой ноги не было по колено, с правой тоже что-то случилось. И ходили такие слухи, что ему взрывом мужские органы оторвало.