Дорога через прошлое

Ей-богу, как сосновая шишка, когда она раскроется, и на свет выглянут семена. Только здесь не отростки шишек, а кирпичные полукружия арок сводов, оттого и такой вид. Наверное, взрывом вышибло кирпичные перегородки, а сами арки устояли. Вторая церковь пострадала все же поменьше. Внутрь я заходить не рискнул, а то случится со мной то же самое, что с Иваном Грозным в Вологде, особенно, если кирпич мимо не пролетит. Лучше и не пробовать.

Вот внутри монастыря уже той атмосферы покоя не было. Может, ее портили рваные арки подорванных церквей, может, здешние жители.

Ладно, надо идти. Зимний день короток, а мне еще довольно далеко до Февральского переулка добираться.

В этом переулке я снимал комнатку. Ну, если это можно назвать комнатой. Я бы лично назвал запечьем, но хозяева другого мнения. Пока путешествовал из монастыря, то изрядно намерзся. Даже решил, что не помешали бы сто грамм. Только где их взять? На передовой дают, а вот в тылу – увы. А гражданских огненной водой на войне сильно не баловали.

Но хозяева мне в первый день намекнули, что по-над Судком живет одна бабуля, которая исподтишка приторговывает самогоном. Гонит его какой-то ее родич из Городища, а она тихо продает. Ремесло опасное, потому как за самогоноварение гоняют, вот сколько дают по суду, не поинтересовался. Поэтому бабка бережется, незнакомым клиентам сразу не отпускает и может даже послать куда-то лесом.

Бабуля долго отнекивалась, что нет у нее, это на нее наговаривают, но таки снизошла до нужд поправляющегося красноармейца.

Так что хватило мне согреться и хозяину поднести маленько. Так вот закончился поход в Свенский монастырь.

Спалось после самогона хорошо и без просыпу. А по качеству… Ну, видно, у бабкиного продукта был какой-то привкус, вот она его и заглушала сушеными яблоками, так что получился гибрид самогона и настойки. Вкус яблоками кардинально не исправился, но градус был даже выше водочного. Впрочем, мне-то что: выпил, согрелся, наутро себя простуженным не ощутил, проблеваться не тянуло – и ладно.

Когда захочется чего-то эпохально алкогольного, то вернусь к себе и отыщу, что душеньке возжелается. Думаю, что, скорее всего, ничего такого не возжелаю, но не буду себя заранее ограничивать. А пока что дают, на том и спасибо.

Перед отъездом я еще раз заглянул к Марии Ананьевне, так звали спасительницу окрестного населения от мук абстиненции.