Дорога через прошлое

В Познани метро не было, зато до войны польское командование соединило для удобства обороны многие здания подземными переходами. И зачастую немцы об этих проходах не знали. А мы с проводниками из местных сваливались как снег на голову.

Мины снимать приходилось значительно реже, чем в чистом поле, и ставить тоже ограниченно. Но подрывных работ было досыта. В том числе и при помощи противотанковых мин. Две противотанковые мины – это 10–12 килограммов взрывчатки. Бывает и больше, и меньше, но это обычная цифра.

Еще в городе мы пользовались трофейными фаустпатронами, но не по танкам и самоходкам, которые я в Познани видел только дважды, причем одна самоходка была явно неисправная и вкопанная в землю. Били мы из фаустпатронов по амбразурам, закрытиям, в окна… Граната летела метров на тридцать-сорок, чего обычно хватало, чтобы ударить по противоположной стороне улицы. Немцы тоже стреляли ими в ответ, и не только по танкам. Заложенное окно в полкирпича фаустпатроном пробивало, а если то же самое окно закладывали мешками с песком, то при удачном попадании мешки могло сбросить.

Кирпичные стенки – когда как. Тонкую внутреннюю перегородку могло и пробить, а наружные стены – обычно нет. Когда граната влетала в комнату, осколков образовывалось немного, а вот по ушам било здорово. Еще от ее взрыва часто загоралась мебель и разный мусор, что тоже играло нам на руку. Ведь фашисты могут наплевать на контузии, но будут опасаться огня в помещении. Впрочем, мне что за дело, по какой причине противник выкинет белый флаг? Важен результат.

А пожаров было много. Работали роксисты, танковые огнеметы, мы и пехота термитными шарами и бутылками. Что-то горело и от снарядов с минами. Огнеметчики вообще трудились не покладая брандспойта, или как там эта штука у них называется. Какой-то завод они запалили целым отделением: сразу все корпуса запылали, немцы смылись, и штурм завода не потребовался.

Здание гестапо подрывали так активно, что оно в итоге завалилось, хорошо еще, что не на головы штурмовой группе. Трудились в поте лица, ибо наш пот сберегает кровь пехоте.

Польское население нам содействовало как словом, показывая и рассказывая, что и где делается, как можно проникнуть фашистам в тыл, так и делом, помогая в различных трудоемких работах, убирая баррикады с освобожденных улиц, чтобы техника могла проехать.