Дорога через прошлое

Следующим номером в фильме «Черный квадрат, или Кто-то что-то грузит в темноте» была погрузка пушки на баржу. Хорошо хоть сходня была широкая, а то так бы во тьме и в реку спихнули, но как-то уместились, и колесо по ногам не проехало.

Насколько я понимал во тьме, орудие было какое-то совсем не современное, щит вообще отсутствовал, да и прицел простенький, но тут кто его знает, может, его просто временно сняли. Я ведь в артиллерии не очень, хоть в старой, хоть в новой, могу этого и не знать. Вот колеса были большие и со спицами из дерева.

Пушка тянула, наверное, с тонну. Но ничего, дотащили, потом пошла следующая, дальше какие-то прицепы к ней.

Под занавес стали переводить коней на баржу, но тут уж обошлись без меня, я с конями не дружу, потому и отошел в сторонку. Коней по одному завели в трюм, они, видно, тоже пугались, потому шли неохотно, но как-то справились с их оппортунизмом. Видно, ребята, что с ними были, свое дело знали. А пушки и прицепы к ним стояли на палубе.

Потом на баржу забежала в беспорядке куча вооруженного народа, кто-то явно в рупор прокричал что-то вроде: «Отходим!» Под ногами палуба дернулась, и мы медленно стали отходить от причала.

На реке сильно сквозило. Потаскав ящики и орудия, я взмок, а тут из тепла повезли в холод. Так можно и простудиться. Потому я присел за фальшбортом к кучке народу, что сидели там и страдали от того, что нельзя курить – командир батареи запретил. Значит, это батарея была. Только народ как-то разномастно одет, насколько мне видно, и больше в штатском. Военное не на всех и даже не полностью, скажем, одни галифе. На парне, что слева, буденновка, а сосед его – в кепке. А что вон у того на голове, во тьме не разобрать. И оружие есть не у всякого: винтовку-то видно, если кто ее несет.

Через реку мы плыли с полчаса или чуть больше. Затем причалили, и все началось сначала: пушки, передки (вот как этот прицеп называется, оказывается), лошади, ящики… Рядом с нами оказалась еще баржа, на которой подвезли остальные два орудия.

Наверное, ночь только началась, потому как мы уже довольно долго трудились, а светать еще не начало.

Да и ночь явно какая-то прямо бархатная, под Питером летом такой нет. Впрочем, глаза к темноте привыкли, и я уже ни на кого не налетал.

Где я и что я, пока не спрашивают, оттого и молчу, и сам не спрашиваю. А при нужде скажу, что скомандовали – и пошел исполнять. И в общем-то, так оно и было. Ведь мог в темноту нырнуть или на барже не остаться и был бы на том берегу.