Дорога домой

Оказалось, что у агентства легальный пакет документов, в основе которого справка о твоей смерти и составленное тобой же завещание. Я ещё раз сходила в военкомат и сообщила в агентство, что здесь кроется ошибка, после этого мне начали звонить и угрожать. Я тоже им пригрозила и как-то утром встретила на собственной кухне огромного бугая с уродским шрамом на лице. Какой мерзости я только не услышала, а под конец он меня об стену так шарахнул, думала, не выживу. Напоследок сказал, что убьёт, вот я и испугалась.

Знала ведь, что не убит ты, что без вести, а в милицию идти побоялась. А теперь что делать? — всплеснула она руками. — И тебя жаль, и их, они-то честно её купили. Прости меня, старуху.

— Не за что, баба Вера, тебе извиняться. Скажи лучше, что это за агентство такое?

Порывшись в шкафу, Баба Вера положила перед Алексеем визитку с адресом и схемой проезда.

— Плохие там люди, Алёша, — проследив, как визитка перекочевала в карман, предупредила она, — не связывайся ты с ними.

— Не буду, — отмахнулся Алексей, — раз уж с адресом моим такая история вышла, то есть у меня к вам, Вера Сергеевна, большая просьба. Мне нужно сделать заказ. Заказ доставит курьер.

— Да ради бога, Лёша, и получу, и встречу, и на звонок отвечу.

— Спасибо. Заказ доставят завтра вечером, но это ещё не всё. Я рассчитывал на деньги, оставленные в квартире, но думаю, вещи мои давно гниют на свалке. Вера Сергеевна, если не успею к приходу курьера, оплатите, пожалуйста, всё верну.

Через десять минут, поняв, что уговаривать Алексея отдохнуть с дороги бесполезно, Вера Сергеевна вернула оставленные им четыре года назад документы и вышла следом в коридор.

— Возьми, — протянула она две пятитысячные купюры. — Завтра отдашь. — Видя, что Алексей собрался кривляться, настояла она и вложила деньги ему в руку. — Насчёт жилья не беспокойся, я, увы, не молодуха, родных у меня нет, так что по миру не пойдёшь. И насчёт вот этого, — кивнула она на убранную в рюкзак папку с квартирными документами, — прошу, не ходи туда.

Эти люди делами своими себя уже наказали, а правды ты там всё равно не сыщешь.

Выйдя из подъезда, окунулся в какофонию уличных звуков. Сквозь гомон пернатой стаи, облюбовавшей тихий дворик, слышались окрики молодых мам, следящих за детьми на площадке. Детки постарше возились с наполовину разобранным скутером. Шаркая метлой по асфальту, явно не местный дворник заканчивал утреннюю уборку.