Дорога домой

— Господин президент, — отвлёк от наблюдения голос сидящего за терминалом оператора, — в каюте установлен переводчик, — напомнил он, — включить звук?

— Не надо, тут и так всё ясно.

Обследуя каюту, правители вскоре собрались вокруг подобия столика. Вахны несколько секунд разглядывали собственное оружие, являвшееся непременным атрибутом высших сановников.

Убедившись в исправности компактных разрядников, высокопоставленные пленники надели подвесные детали гардероба, но когда очередь дошла до оружия, верховный правитель распорядился оставить его на месте.

Президент и адмирал многозначительно переглянулись.

— Отправляйте асира.

Дверь вновь схлынула, и в каюту с поклоном вошёл захваченный в бою десантник в звании асира. Объяснения заняли несколько минут, по истечении которых правители следом за своим командиром покинули каюту.

— Пойдём, адмирал, попробуем это остановить.

Кивнув оператору, перебрались в соседнюю комнату, меблировка которой состояла из круглого стола, пары привычных кресел и четырёх узких массивных ложементов, демонтированных всё с того же вахновского лайнера.

Введя правителей, асир с поклоном вышел за дверь.

Какое-то время лидеры противоборствующих цивилизаций молча смотрели друг на друга. Не затягивая паузу, глава республики сделал один из универсальных, понятных любому разумному жестов.

Не дожидаясь повторного приглашения, расселись друг против друга.

— Прошу извинить за столь навязчивое приглашение, — нарушил тишину президент, — просто другого способа встретиться мы не нашли.

Пока прибор преобразовывал сказанное в речь вахнов, президент убавил яркость светильников до приемлемых вахнами стандартов.

— Мы здесь в каком качестве? — озвучил слова правителя синтетический голос переводчика.

— В качестве гостей, — сказал президент, — как только посчитаете нужным, вас доставят обратно. Но я надеюсь, вы уделите мне время, и мы наконец обсудим трагизм сложившихся между нашими народами отношений.

— Обсудим, — ответил правитель.

— Прежде чем перейдём к делу, хочу попросить вас об услуге. В эти минуты на площади арены сдаётся в плен наша пехотная дивизия. Республиканские солдаты намеренно не оказывают сопротивления и сдают оружие, подчиняясь моему приказу. Дивизия оставлена в качестве заложников, это жест нашей доброй воли. Я знаю, что на данный момент силовых действий к нашим солдатам применено не было, прошу и впредь относиться к пленникам с подобающим ситуации снисхождением.