— Потом и Хортон, и принцесса исчезают из Иканора, не оставив никаких данных, официально границу никто из них не пересекал, они просто исчезли и все. Я все правильно понял?
— Так точно, сир.
— А неделю назад имя Хортона всплывает в Третьей Провинции Гриора, где каким-то мистическим образом погибает сам наместник короля, а наш наемник снова растворяется в воздухе, и никто не знает, куда он подевался.
Эдвин закрыл глаза и откинулся на спинку стула. С кем он связался! Это не человек, это стихийное бедствие! И как еще Алаида не пострадала от его нашествия? Судя по данным, поступившим ранее, в королевстве Беонтия Хортон уже объявлен врагом государства, которого надлежало схватить живым или мертвым, едва он посмеет снова там появиться.
Молчание затянулось. Герберт вежливо кашлянул.
— Смею заметить, что такое поведение совсем не соответствует сатаниду, — высказался он.
Король распахнул глаза.
Уж что есть, то есть, сатаниды так грубо не действовали никогда. Но, бога ради, зачем Хортону понадобилось убивать наместника Гриора? Он, что, не понимает, что теперь путь в это королевство ему заказан также, как в Беонтию? Это в лучшем случае.
В худшем — король Гриора может и вовсе назначить награду за его голову.
— Если он и сатанид, то точно неправильный, — решил Эдвин. — Во всяком случае, не то, к чему мы привыкли.
Герберт согласно склонил голову.
— Мне что-нибудь предпринять?
Король хмыкнул. Кажется, этот Хортон еще их удивит, и не раз.
Губы Эдвина сами собой растянулись в улыбке:
— Помолись.
"
"Осень все больше становилась поздней. Очень скоро ночевать в лесу станет куда проблематичнее из-за холода. Генти вот уже неделю шмыгал носом, правда больше не жаловался, поняв, что его нытье вызывает не сочувствие, а раздражение. Оставалась одна надежда на то, что они двигались на юг. В окрестностях Иканора, наверное, уже стоял лютый холод.
Эрилин сидела на поваленном грозой дереве, грелась возле костра и медленно потягивала горячий чай из походной кружки.
Время привала подходило к концу, и скоро они снова двинутся в путь.
Сначала ночевки на твердой земле ее раздражали, долгие привалы казались потерей времени, и принцесса предпочитала как можно быстрее продолжить путешествие. Как так случилось, что остановки стали ей в радость? Эрилин ждала ночных привалов с нетерпением, но вовсе не из-за усталости или голода. Привал всегда означал посиделки у костра и разговоры.
