Но Алма Рая не ответила, она была бледной, как полотно. Женщина только удрученно покачала головой и нетвердой поступью пошла в направлении хижин.
— Ч-черт! — выругался Гэбриэл, быстро, освобождая руки. — Да стой же!
Веревка упала на землю, и он бросился за старейшиной под ошарашенными взглядами горцев. Никто из них не сдвинулся с места.
Алма Рая попыталась закрыться в хижине, но он успел поймать дверь одной рукой, второй натягивая на себя подобранную на бегу рубашку.
— Уходи, — угрожающе прокаркала она. — Ты чужеземец и не имеешь права входить в дом старейшины племени.
— Я никуда не уйду, — отрезал Гэбриэл, заставляя ее шире распахнуть двери. — Мне нужны ответы.
— Ты их не получишь, — и Алма Рая снова потянула дверь на себя.
— Да послушайте же! — не выдержал Гэбриэл. Он держался долго, когда прощался с дорогими людьми, когда готовился к смерти, но любому терпению приходит конец. Алма Рая вскинула глаза, также удивленная его проявившимися эмоциями. — Я обычный человек, и от меня не должны отскакивать мечи, как от гранитной стены! Я должен знать, что это было.
Это ваши Боги?
Старейшина поджала губы, словно решая, говорить или нет, потом покачала головой:
— Наши Боги не вмешиваются в дела людей. Никогда. Не их это дело.
— Тогда что это было? — не сдавался Гэбриэл, все еще удерживая дверь.
Сзади послышались шаги сразу множества ног. Горцы очнулись от потрясения и торопились защитить свою старейшину.
Алма Рая тоже заметила их приближение. Она скривилась, будто съела что-то кислое, а потом отпустила дверь, приглашая его внутрь.
— Проходи, — сухо сказала женщина и махнула рукой своему племени: — Все хорошо.
Дверь захлопнулась.
Гэбриэл оказался в полутемной хижине, точной копии той, где он провел ночь, только меньше. Здесь не было никакой мебели, также только соломенные циновки по всему полу. Единственным отличием был маленький алтарь в углу с фигурками, видимо, изображающих Богов племени.
Алма Рая, не произнося ни слова, прошла вперед и села на пол посередине хижины, подобрав меха и скрестив ноги.
— Я должна принести свои извинения, — неожиданно сказала она. — Как я уже говорила, наши Боги относятся с уважением к любым видам магии, и мы никогда не причиним вреда никому, кто владеет ей. Моя вина, что я ничего не заметила.
Гэбриэл уже ровным счетом ничего не понимал. О чем она? Какой, к черту, из него волшебник?
— В нашей компании был только один маг, и он покинул это место вместе с остальными еще вчера, — сказал он.
