Из одного из домов вышел крупный мужчина в крестьянской одежде.
— Ищите кого? — подбоченись, спросил он без приветствия.
Гэбриэл спрыгнул с коня, чтобы не смотреть на местного жителя сверху вниз.
— Здравствуйте, — вежливо сказал он. — Мы ищем Хортона Мейера. Он жил здесь когда-то.
— Хортона? — мужчина нахмурился. — Надеюсь, не за долгами? Старик и так еле своди концы с концами.
Гэбриэл задохнулся от нахлынувшего облегчения. Жив! Хортон жив!
— Скорее, отдать долг, — ответил он.
Рыбак расслабился.
— Тогда хорошо, — пробормотал он.
— Знаете, где он живет?
— Он не переезжал?
— Нет.
Гэбриэл улыбнулся.
— Тогда знаю.
Мужчина пожал плечами, мол, не его это дело и снова скрылся в доме.
Гэбриэл взял коня под уздцы.
— Пойдем, — сказал он принцессе. — Я помню дорогу.
ГЛАВА 25
Дом Хортона располагался на самой окраине деревни, ближе всех к морю. Забор вокруг дома покосился, и его явно давно никто не красил.
При приближении к жилищу Хортона, вся решимость куда-то испарилась. Гэбриэл вдруг снова почувствовал себя слабым потерянным мальчишкой без прошлого и без надежды на будущее.
Он давно не позволял себе быть слабым, а сейчас словно вернулся на восемь лет назад.
Эрилин, следившая за ним, почувствовала перемену в его настроении.
— Боишься его реакции на твое появление? — участливо спросила она.
Гэбриэл дернул плечом.
— Скорее, меня пугает своя собственная реакция.
Эрилин больше ничего не сказала, понимая, что ее утешение ему не нужно.
Гэбриэл открыл скрипучую калитку и вошел во дворик.
Когда-то здесь были ухоженные клумбы с живыми цветами. Теперь ими никто не занимался, земля, покрытая побитыми морозами сорняками, засохла и потеряла всякую форму. Заброшенная клумба была словно символ того, что время не щадит никого и ничего.
Гэбриэл помедлил пару мгновений, а потом решительно постучал в дверь.
В домике послышалось движение, потом неторопливые шаркающие шаги.
— Кого несет? — раздался недовольный хриплый голос. Смеркалось, возможно, старик уже готовился ко сну?
Дверь распахнулась с таким же скрипом несмазанных петель, как и калитка.
На пороге возник сгорбленный старик. Годы не пощадили его, казалось, он стал ниже сантиметров на двадцать, волосы совершенно белые, худое иссушенное тело, лицо, изможденное морщинами вдоль и поперек. Неизменным остался только взгляд ясных серых глаз.
Старик нахмурился, вглядываясь в незваных гостей. Очевидно, его зрение годы также не пощадили. Гэбриэл терпеливо ждал, не произнося ни слова.
