— она вдруг вспомнила, как дрожала вчера, как текла вода по лицу и спине, как стучали зубы. — Ты... — кулаки разжались, сейчас она чувствовала себя хорошо, ни намека на простуду, которой, как ей вчера казалось, просто не избежать. — Ты... — Гэбриэл смотрел на нее прямо и не отводил взгляд. — Ты... спас меня, — наконец, закончила Эрилин и покраснела еще больше.
На его губах все еще была усмешка.
— Пожалуйста!
Эрилин осмотрелась. Тент уже свернули, лошади оседланы, а Джофа нигде не видно.
— Я долго спала?
Гэбриэл, который уже отправился к своему коню, обернулся и дернул плечом.
— Не слишком.
— Где Генти?
— Пошел за водой. Наполним фляжки и выдвигаемся. Костер сейчас не разведешь, поэтому поедим уже в Гриоре. Тут уже недалеко.
Эрилин заторможено кивнула, все еще силясь прийти в себя. Да уж, он сказал совершенно точно, это было не лучшее ее пробуждение. Она чувствовал благодарность и в то же время смущение. Кровь прилила к лицу с новой силой, когда принцесса вспомнила первые ощущения после выхода из сна.
Ей было тепло и уютно, она обнимала его, жалась к нему, как... как бесстыдная девка! И ей это нравилось, черт возьми!
Гэбриэл почувствовал ее пристальный взгляд и снова обернулся.
— Я надеюсь, твоя честь не слишком поругана?
«Он, что, еще и мысли читает?!»
Эрилин посильнее закуталась в плащ и не ответила. Она еще и сама не разобралась с этим вопросом и ответом на него. Если бы кто-то в Иканоре узнал о ее поведении, ее репутация уж точно была бы подпорчена. А вот честь? Что бесчестного в том, что она чуть было не замерзла насмерть, а он обнял только, чтобы согреть?
Эрилин забеспокоилась за свою честь теперь исключительно потому, что она вдруг поняла, что ей хотелось, чтобы эти объятия были дольше.
Вернулся Генти с фляжками в руках. Он широко улыбался.
— А, проснулась! — он подарил принцессе персональную улыбку. — Ну и перепугала ты нас вчера.
Эрилин моргнула от неожиданности. Даже Джоф за нее беспокоился.
— Я в порядке, — она выдавила из себя благодарную улыбку.
— Спасибо.
Генти хихикнул.
— Мне-то за что? Это не я обнимал ледышку!
Эрилин вскинула на Гэбриэла глаза. Действительно, если он грел ее своим телом, то она, наоборот, отбирала его тепло...
— Я нормально переношу холод, — сказал Гэбриэл, прежде, чем она успела открыть рот. — Выдвигаемся.
Из леса выбирались также медленно, как и входили в него вечером. Хотя дождь кончился, холодные капли все еще висели на листве, а ветки по-прежнему цеплялись за одежду.
