— Внутренности Джонаса скрутило. Он ненавидел это — это же Рей, его брат. Но он не хотел, чтобы она так поступала; разве она не осознавала, что выставила его дураком?
— Я…
— Ты рассказала ему свои тайны, — процедил Джонас, сжимая её сильнее.
— Я не могла рисковать другими. Что в этом такого, Джонас? — В её взгляде вспыхнул вызов.
Она не понимала. Ах, твоя Силла, подумал он. Молодая и наивная. Она нуждается в том, чтобы ты объяснил ей, как правильно. Чтобы ты помог ей понять.
Джонас нежно коснулся её щеки.
— Я не хочу, чтобы ты еще когда-либо разговаривала с Реем, — мягко сказал он.
— Что?
Её негодование было почти… очаровательным. Он провёл большим пальцем по её губе.
— Ты больше не будешь с ним тренироваться. И если тебе надо будет что-то сказать ему — делай это через меня.
Силла нахмурилась и убрала его руку от лица.
— Джонас, ты не можешь требовать от меня такого.
— Теперь ты со мной, Силла. Ты носишь символ моей семьи. — Он нежно коснулся её губ своими.
— Джонас, — сказала она, её взгляд метался от одного его глаза к другому.
— Что на тебя нашло? Я не знаю, что тебя так тревожит, но хочу, чтобы ты знал: ты — тот, кто знает меня лучше всех.
Джонас рассмеялся. Это был хрупкий, надломленный смех, и он сам не узнал в нём себя.
Лучше всех в этом мире? Жаль, если это правда. Но со временем он узнает о ней всё.
— Иди сюда, — сказал он, сжав её запястье и притянув к себе. Он бросил взгляд через плечо и столкнулся взглядом с Реем. Его командир стоял возле повозки, скрестив руки на груди, и смотрел на Джонаса с чистым отвращением на лице.
Хорошо, — подумал Джонас, захватывая рот Силлы в поцелуе, от которого у них обоих перехватило дыхание. Отстранившись, он посмотрел в ее обеспокоенные карие глаза.
— Ты пообещала слушаться меня, Силла. Подумай дважды, прежде чем снова действовать за моей спиной.
И, не дожидаясь ответа, он развернулся и пошёл седлать коня, оставив девушку с кудрями, прислонившуюся к дереву, в одиночестве.
Г
ЛАВА 54
В это утро повозка неспешно катилась по дороге, и каждый мельчайший шорох в лесу заставлял Силлу настораживаться.
К счастью, они покинули продуваемые ветрами Высокогорья равнины и снова въехали в лес, где деревья защищали их от холода. Если она правильно помнила, это означало, что они почти достигли Северного Перекрёстка, где свернут с Дороги Костей и направятся на запад, на последний участок пути.
Копа. Она была уже совсем рядом. Так близко, что Силла почти ощущала вкус этого города на языке.
