Она съела так много рыбы, что чувствовала её запах на своей коже. Она мечтала о баранине, кролике и жареном кабане с можжевеловым соусом — о чём угодно, только не о проклятой рыбе.
Дверь медового зала скрипнула, пропуская внутрь четверых Клитенаров.
Скраеда тихо выругалась, почувствовав, как яркая вспышка страха переплетается с отвращением в ауре воина Гальдры, за которым она наблюдала. Ее сомнения подтвердились. Он Гальдра, без сомнений. Но появление проклятых Клитенаров означало, что его друзья не придут.
А если Скраеда не сможет захватить всех четверых, ей придётся договориться, чтобы нанятые ею люди вернулись в другой день. Это, конечно, если Клитенары не отпугнут группу воинов навсегда.
Сапоги Когтей Короля гулко стучали по деревянному полу медового зала, когда они обошли длинный стол и направились к мужчине.
— Священный пепел богов, — прошипела Скраеда под нос. Клитенары собирались разрушить всю её работу.
Страх воина теперь был словно яркая верёвка, бешено размахивающая в его ауре.
Скраеда подхватила её своим разумом, извлекая силу из глубин своего гальдура и добавляя к ней успокаивающее прикосновение. Рука воина ослабила хватку на кружке, и он выдохнул.
Скраеда нахмурилась, наблюдая, как Когти короля прошли мимо мужчины, даже не взглянув в его сторону. Взгляд ведущего Клитенара упал на неё, и внезапно Скраеда почувствовала себя добычей.
Борясь с древним желанием бежать, она заставила себя встретиться с холодными, тёмными глазами мужчины.
Её кожа покрылась мурашками от глухоты его эмоций. Клитенары все были такими — холодными и бесчувственными по сравнению с остальными людьми. Она подозревала, что это было не случайностью, а результатом воздействия берсеркиума — порошка, который они принимали во время Обряда и затем ежемесячно. Берсеркиум усиливал их физическую силу и изменял их разум. Эмоции Клитенаров казались подавленными в обычное время, но в бою они резко менялись: ярость и возбуждение усиливались, страх и сочувствие подавлялись.
— Скраеда Острый Язык, — сказал ведущий Коготь Короля, приближаясь.
При этих словах все взгляды в медовом зале обратились на неё, разрушив её прикрытие.
Скраеда провела рукой по лицу, тяжело вздохнув, а затем уставилась на Клитенара.
— Вы только что испортили мне месяц работы.
Позади Клитенара черноволосый воин встал и направился к двери. Скраеда с грохотом поставила свою чашу на стол, расплёскивая мёд.
