Дорога мёртвых. Том 2

– Если часть студентов действительно пропала, то они где-то скрываются. В Тёмном лесу или Вечных горах не водятся почтовые голуби и не ездят повозки купцов, чтобы можно было передать письмо.

Эдвин погрозил сыну кулаком в окно, и тот вынужден был прекратить ёрничать перед друзьями и вернуться к работе.

– Фред только кажется несерьёзным, – вступилась за единственного сына Сония. – Уверена, когда ты уедешь, пусть и всего на пару дней, он станет помогать мне с девочками и клиникой. Да и его друзья и подружки никогда не откажутся сбегать на базар или набрать трав для эликсиров.

– С его характером дар огненной магии может привести к катастрофе, – вздохнул лекарь.

– Но ведь именно дар делает нас такими, какие мы есть.

Сония занялась ревизией шкафа с медицинской посудой и принадлежностями, но из головы у неё не шли хриплые голоса пациентов, которые обсуждали пропавших учеников трирской Академии. Когда с дороги послышался громкий стук копыт и окрики всадников, целительница от неожиданности выронила большую пузатую колбу, и та разбилась вдребезги.

Мелькнули белые и алые одежды Солнечных стражей, и на маленькой площадке перед клиникой спешились трое – огненная волшебница Нора, много лет уже возглавляющая отряд, в котором прежде служил Эдвин, её муж Рикард и их дочь Виктория, ровесница Фреда. На юной волшебнице была простая алая накидка, под которой скрывалась дорожная одежда, а вовсе не форма настоящей стражницы, но гордо задранный нос, блестящие огнём карие глаза и тёмная тугая коса гостьи, а также та грация, с которой девушка соскочила с лошади и поклонилась вышедшему Сандбергу, заставили деревенскую молодёжь замереть в изумлении.

Когда первая радость от встречи с нежданными, но такими дорогими гостями приутихла, необходимые дела в клинике были закончены и семейство расположилось за большим столом в гостиной, Нора первой поинтересовалась о судьбе старшей дочери Сонии. Солнечные стражи сразу заметили тень беспокойства и бессонницы, что лежала на лицах старых друзей.

– Войска Ордена надолго застряли в этой дыре, пытаясь удерживать там подобие порядка, – рассказывал Рик, у которого ещё оставались связи с человеческими друзьями магистра Тэрона в Ольдене. – Люди любили графиню Агату, и после того, как её хотели казнить, народ успокоился очень нескоро.