Дорога на Север

 — Как наша девочка?

— Она… Как бы сказать вам…

— Прямо. — Другой голос. Резкий и властный.

— Она перерождается. Я впервые вижу что бы ведьма смогла пережить отравление, и продолжить изменения. Ее аура меняется. Как будто она слилась и позволила второй сущности посилиться в ней.

— Всегда кровь ведьм отторгает от себя какие либо виды слияний. В случае герцогине происходит невероятная вещь! Она не только не отторгнула яд, но и позволила ему прижиться. Я не знаю как это возможно, Ваши Величества, я могу лишь наблюдать за ее состоянием, но пока все прекрасно…

— Прекрасно?! Ты в своем уме?! Моя жена третий день без сознания!

— Обычные люди переживают его еще хуже, а герцогиня практически восстановилась….

Я открыла глаза и резко села. Мир вокруг повело, словно водное марево. Зажмурившись, я тряхнула головой, под взволнованные возгласы:

Моего лба коснулась прохладная рука, и на мгновение стало легче.

— Прошу вас, прилягте. Вам еще рано так резко вставать.

— Что со мной? — Голос был похож на карканье вороны, и я поморщилась, сглотнув вязкие слюни.

— Вы слабы. У вас перерождение.

— Не знаю, помните ли вы, но вас укусил повелитель Снежной Вьюги и снежных вампиров. И вы…. В общем, вы теперь тоже вампир, наполовину.

Я открыла глаза и взглянула в лицо склонившееся надо мной.

— Мое имя Моррис. Я мейстер. — Карие глаза были обеспокоены. — Скажи, как вы себя чувствуете?

— Как будто по мне прокатился булыжник.

— Отлично. Значит, идете на поправку. — Он улыбнулся. — Я бы рекомендовал герцогине отдых и здоровый сон.

— Конечно, конечно. — Мерелин подхватила под руку мужа и направилась к двери, бросая в меня взволнованные взгляды. Было видно, что королева не спала долгое время, под глазами залегли круги, а прическа была несколько взъерошена.

— Я могу остаться? — Я перевела взгляд в сторону и увидела мужа.

Он, сгорбившись, сидел на стуле и с надеждой взирал на лекаря.

— Только если ненадолго. Герцогиня еще очень слаба. Я оставлю вас.

Все вышли, оставляя меня наедине с супругом, что теперь смотрел на меня с сожалением и горечью.

— Я не уберег тебя, Эва. Расслабился, не мог и подумать, что такое может произойти под крышей моего дома.

— Перестань корить себя. В этом нет твоей вины.

— Есть. Это только моя вина. Я не спас самое дорогое, что у меня было. — Он опустил голову в ладони и потер виски. — Я не знаю, сможешь ли ты простить меня.

— Прекрати, я не держу на тебя зла. Только…. Только что теперь будет.

— Мы вернемся домой.