Онлайн-библиотека книг
Поверьте мне, я не собираюсь ставить его на учет, я не буду передавать материалы в комиссию по делам несовершеннолетних. Я обещала вашему мужу, что насчет Коли не будет никакой официальной информации, чтобы ваш отец ни о чем не узнал. Я дала слово и собираюсь его выполнять. Я с пониманием отношусь к вашей проблеме, у меня тоже очень строгие родители, и мне приходится многое от них скрывать, но и вы меня поймите. Коля проживает на моей территории, и за все, что он творит, в конечном итоге спрашивают с меня: почему допустила, что трудный подросток остается без воспитательного воздействия и без наказания, почему вовремя не пресекла, не приняла меры, не подключила родителей, школу и общественность? Эти вопросы будут задавать мне, и мне придется на них как-то отвечать.
Люба подняла на нее больные глаза.
– Какие? – только и спросила она.
– Ну, я не знаю, пригрозите чем-нибудь, накажите. Вы же мать, в конце концов, вам виднее, как и чем можно воздействовать на вашего сына.
– Если бы так, – безнадежно вздохнула Люба. – Если бы я знала, как с ним можно справиться, я бы давно это сделала. Может, у вас есть готовые рецепты? Поделитесь со мной.
Еремина поднялась и пошла в прихожую одеваться.
– Надеюсь, мы поняли друг друга, – сказала она на прощание.
Закрыв за ней дверь, Люба заглянула в детскую, где Коля усиленно делал вид, что учит уроки. Прикрыв дверь, чтобы Леля ничего не услышала, она тихим холодным голосом сказала:
– Мой сын – вор. Это самый лучший подарок, который ты мог мне сделать. Спасибо, сынок.
И вышла, тихо притворив за собой дверь.
Ей хотелось плакать. Но она так давно не плакала, так давно старалась всегда держать себя в руках, что на мгновение показалось: плакать она разучилась вообще. В горле стоял ком, в голове бухал молот, но слез не было.
– Измучил я тебя, мам. Ты меня прости. Ну что со мной сделаешь, если я такой неправильный? Мне очень нужны были деньги. А попросить у тебя я не мог, мне стыдно было просить такую сумму. И заработать мне негде.
