Дорога скорби

Что ж, так и должно быть. Мне случалось с переломами участвовать в скачках – и побеждать; конечно, приходилось это скрывать, поскольку публика склонна ставить только на здоровых жокеев.

Странно, но в пылу скачки повреждения не ощущались. И только когда угасал азарт, возвращалась боль.

Лучшим способом отвлечься от страданий было сосредоточиться на чем-то другом. Я вспомнил номер телефона и позвонил знакомому умельцу, который устанавливал мне компьютеры.

– Дуг, – сказал я, когда жена оторвала его от ремонта машины, расскажи мне о прослушивании мобильных телефонов.

– Я весь в масле, – недовольно отозвался он. – Нельзя было выбрать другое время?

– Кто-то подслушивает мой мобильный телефон.

– Ого, – фыркнул он. – И ты хочешь узнать, как прекратить это?

– Ты чертовски прав.

– Мне некогда, – заявил он. – Вот-вот должна пожаловать к обеду теща, а у меня маслосборник забит.

Я не смог удержаться от смеха.

– Я полагаю, что у тебя аналоговый сотовый телефон. Их радиосигналы можно поймать и прослушать.

– Я не средний завсегдатай пивнушки. Я ходячая кризисная служба, оторванная от проверки маслосборника. Я смог бы это сделать, если бы у меня было соответствующее оборудование.

– Что мне с этим делать?

– Все до смешного просто. – Он чихнул и яростно фыркнул. – Мне нужен носовой платок. – В трубке настало неожиданное молчание, затем послышался отдаленный звук безжалостно прочищаемого носа, а потом хриплый голос вновь начал излагать мне премудрости дела:

– Значит, так.

– Сид, ремесло жокея явно не дает современному человеку умения выжить в завтрашнем мире.

– Любой, у кого есть хоть немного здравого смысла, – фыркнул он, просто обязан обзавестись цифровым устройством.

– Цифровая система, – сказал он, – базируется на двух цифрах, единице и нуле. Единица и ноль пребывают с нами с самой зари компьютерной эры, и никто еще не изобрел ничего лучше.

Он прочувствовал иронию в моем голосе.

– Разве кто-нибудь изобретает заново колесо? – спросил он.

– Верно. Никто не может улучшить то, что и так совершенно.

– Это святотатственные речи. – Я всегда получал удовольствие от разговора с ним.

– Ничего святотатственного, – ответил он. – Некоторые истины совершенны с самого начала. E = mc2 и все тут.

– Преклоняюсь.