Дорога в ночь

Под ногами у людей крутились многочисленные кошки, собаки, крысы, птицы – у них тоже сегодня был праздник…

Некоторые лайэнцы прямо на улице предавались распутству с раскрасневшимися от выпивки и легкого мороза существами женского пола – обозвать этих человечек иначе у меня язык не поворачивался. Большинство этих женщин были отнюдь не молоды и дурны собой.

Вдруг, слева от себя, я заметил какое-то движение. Тощий оборванный мальчишка склонился над одним из спящих горожан. Через несколько секунд человеческий детеныш выпрямился, испуганно оглядываясь и что-то старательно пряча за пазуху.

Его взгляд скользнул по мне, мальчишка напрягся, замер на пару секунд, будто раздумывая – избавиться от добычи или нет. Наконец решение было принято, воришка развернулся и быстро зашагал по улице, с самым непринужденным видом насвистывая какой-то фривольный мотивчик… Но далеко человечек не ушел. Из соседней подворотни к нему метнулась черная тень и утащила тонко взвизгнувшего мальчишку.

Я зябко передернул плечами.

Ничего не понимаю!

Кто напал на воришку? Какой-нибудь представитель местной нежити? Но тогда почему тень набросилась именно на этого горожанина? Конкурент или стражник? Слишком быстро двигалась тень для человека… Ладно, потом разберусь. Сейчас главное – найти Ри.

Улица представлялась мне ревущим горным потоком. Я чувствовал необычную, несвойственную мне робость. Казалось, что следующий шаг будет последним, что потом пути назад уже не будет… Глупо.

Когда активировал амулет, я знал, что тем самым сжигаю за собой все мосты. Теперь я сам по себе и помощи ждать не от кого.

Я вышел из подворотни и направился наискосок через улицу к зданию трактира, на которое мне указал маячок. В любой момент я ожидал, что ко мне метнется та странная черная тень. Что меня окрикнет кто-то, узнает проклятого лоэл’ли. Но никому не было до меня дела.

Местные жители были слишком пьяны, чтобы обращать на меня внимание, а тень… Кто бы это ни был, он сейчас разбирался с воришкой. Возможно, и моя нетвердая походка сыграла доброе дело, сейчас, при свете костров, меня вполне можно был принять за местного забулдыгу.

Вот наконец я на месте. Толкнул дверь в трактир, та неожиданно легко поддалась. На меня дохнуло теплом, окутало клубами дыма, накрыло непередаваемой смесью запахов.