Дорогая Жасмин

И как только я стану опекуном герцога Ланди, пусть Вилльерз и дальше пресмыкается перед королем — мне уже будет все равно. Вероятно, стоит попробовать втереться в доверие к принцу Чарлзу! Он бешено ревнует к Вилльерзу, и к тому же недалек час его коронации! Придумал! Я сделаю все, чтобы поддержать родственные связи между мальчишкой и его дядей-принцем. И после смерти старого дурака короля оба будут благодарить меня!

— Вот это, пожалуй, более веское основание получить герцога на воспитание. Что такое его мать в сравнении с подлинной властью, младший братец!

— Значит, договорились?

— В таком случае давай поразмыслим, как лучше прикончить графа Бартрама и свалить вину на лорда Лесли.

— Стоит, наверное, известить леди Линдли о том, что граф Бартрам просил у короля позволения отобрать у нее сына, — предложил Кипп.

— Верно! — обрадовался маркиз. — И либо она, либо граф Гленкирк, а еще лучше вместе должны публично обличить в этом графа. А потом, когда он будет найден мертвым, подозрение, естественно, падет на чету Лесли.

Королю, разумеется, придется отобрать внука у столь жестоких преступников, и я вновь на коне! Даже если супругов Гленкирк не обвинят прямо в гибели Ричарда Стоукса, их все равно будут клеймить позором, как Сомерсета и его кровожадную жену.

— Нужно составить подробный план. Сколько у нас времени? — спросил Кипп. — Когда Гленкирк возвращается из Шотландии?

Пирс Сен-Дени немного подумал.

— Неизвестно, но он в отъезде вот уже почти три недели. Думаю, следует ожидать его дней через десять.

В конце концов, его ведь послали искать ветра в поле!

— Я справлюсь при дворе, — решил Кипп. — Как можно осмотрительнее, конечно. Тебе больше не стоит упоминать о герцоге Ланди, иначе в Тауэр попадем мы! Надеюсь, ты все понял. Пирс. Никому, даже Вилльерзу, не хвастай, что получишь опеку над королевским внуком! Никто, кроме короля, ничего не должен знать!

Адали утроил стражу, охранявшую Гринвуд-Хаус и его окрестности. Неужели принцессе вечно суждено жить в страхе? Возможно, именно Шотландия окажется тем убежищем, которое они так давно ищут.

Остается лишь молиться, чтобы заветное желание Жасмин исполнилось.

Из Королевского Молверна приехали дети, и, если бы не разлука с Джемми, Жасмин была бы совершенно счастлива. Старшие все больше походили на отца, хотя оба унаследовали ее темные волосы. У Индии, однако, были золотистые глаза Рована, а у Генри — точь-в-точь как у Жасмин, бирюзовые. Леди Фортейн казалась настоящим лебедем в гнезде диких уток.