Дорогая Жасмин

— Хотите поспорить со мной относительно планов повелителя? — осведомился Гленкирк. — Вы жена, избранная для меня королем Яковом, и я не пойду против его воли, мадам. Помните, я опекун ваших детей.

— Точнее, Чарлза Фредерика Стюарта, — возразила Жасмин, — хотя я не понимаю, почему король посчитал, будто мой сын нуждается в опекуне.

— Ошибаетесь, мадам, отныне я опекун всех ваших детей, — ошеломил ее граф. — Ваши непокорство и капризы убедили короля, что вы не способны воспитывать своих отпрысков надлежащим образом.

Теперь от меня зависит будущее не только Чарлза Фредерика Стюарта, но и юного Уэстли, леди Индии и леди Фортейн Линдли.

— Подлый ублюдок! — окончательно рассвирепела Жасмин.

— Это клевета, мадам, — невозмутимо ответил Джеймс. — Мои родители были обручены несколько месяцев и обвенчались по крайней мере за десять минут до моего рождения.

Жасмин, вскочив, запальчиво крикнула бабушке:

— Мадам, как вы могли привезти его сюда? Неужели именно поэтому и приехали? Я никогда не прощу вас!

— Я никого не привозила, милая моя девочка, — спокойно отозвалась Скай.

— Я следил за вашей бабушкой с той минуты, как она высадилась в Кале, — сообщил граф.

— Робин? — обронила Скай. Джеймс кивнул.

— Он усомнился, что вы станете ждать до весны. Поэтому Робин и послал двух слуг следить за каретой капитана О'Флаерти в полной уверенности, что он поедет не домой, а прямиком в Харуич.

Скай только улыбнулась.

— Роберт Саутвуд, видимо, пошел в мать. Правда, и отцовской сметки у него не отнять.

— Если не вы привезли его в Бель-Флер, бабушка, зачем же тогда это далекое путешествие да еще среди зимы? — удивилась Жасмин.

— Твой дедушка скончался, — без обиняков заявила Скай. Жасмин охнула; слезы градом хлынули из глаз.

— О, дедушка, — тоскливо прошептала она, но тут же вновь набросилась на графа Гленкирка:

— Это все вы! Не гонялись бы за мной, как охотничий пес, и я смогла бы провести с ним последнее время! Теперь из-за вас я никогда больше его не увижу! Ненавижу! Ненавижу вас, Джеймс Лесли!

— Мадам, — холодно произнес граф, — вините во всем себя! Вам не стоило пренебрегать приказами короля и скрываться от меня! Да, мы должны были пожениться.

Я любил вас и готов был ждать сколько угодно, пока вы смиритесь с кончиной принца Генри. Я не тащил вас силой к алтарю, Жасмин. Однако вы предпочли бросить королю вызов и, взяв детей, скрыться во Франции. Я приезжал в эту страну трижды, но не мог отыскать вас — все родственники де Мариско дружно молчали.