Дорогое удовольствие

Оно молниеносно растекается по телу, наполняя собой меня всю – до корней волос, до кончиков пальцев…

– Еще, Антон… Пожалуйста, еще! – сдавленно прошу я.

– Блядь, Камила, – Пеплов продолжает наращивать темп. – Ты такая охуительная. Самая охуительная девочка на свете…

Обычно во время секса он немногословен, но иногда его пробивает на такие вот откровенные пошлости. И знаете что? Это меня нереально заводит. Я чувствую себя испорченной, дрянной… Но при этом невообразимо желанной. Рядом с Антоном все мои комплексы и предрассудки куда-то улетучиваются, и я превращаюсь в сгусток похоти.

Вибрирующий и звенящий.

– Это потому, что я с тобой, – всхлипываю я, ощущая неминуемое приближение экстаза. – Ты лучше всех, слышишь?

Парень скручивает мои волосы на затылке и тянет их на себя, тем самым глубже прогибая меня в пояснице. Мне безумно нравится, как он доминирует. Как подчиняет меня своей воле. Я знаю, Пеплов мог бы быть гораздо жестче и грубее, но он очень тонко чувствует границы, никогда не пересекая их.

Рядом с ним мне не бывает больно. Только до умопомрачения, до трясучки в коленях приятно.

Оглушающий оргазм, подобно лавине, обрушивается на меня, лишая дара членораздельной речи. Я мычу, скребу ногтями сухое дерево и до крови закусываю нижнюю губу. Все тело содрогается в сладких конвульсиях, электрическим разрядом прошивая нервы. На глаза наворачиваются слезы, а по телу бежит мелкая рябь. Какой кайф… Боже, какой же это кайф!

Обессилено роняю щеку на деревянную поверхность, вновь ощущая пульсирующее содрогание в промежности.

На этот раз не такое сильное и яркое, потому что оно не мое: продолжая двигаться туда-сюда, Пеплов кончает в презерватив. Отчего-то его оргазмы доставляют мне чуть ли не больше ментальное удовольствие, чем свои собственные. Мне чертовски приятно осознавать, что Антону тоже хорошо со мной.

В последний раз качнув бедрами, он выскальзывает наружу, а я все продолжаю лежать грудью на комоде. Ноги кажутся ватными и обессилевшими, поэтому я боюсь, что, распрямившись, мигом потеряю равновесие.

– Иди сюда, – Пеплов мягко обхватывает меня за плечи, помогая принять вертикальное положение. – Жива? Стоять можешь?

– С трудом, – признаюсь я.

– Опять плакала? – он проводит ладонью по моей щеке, вытирая влажную дорожку.

– Немножко, – усмехаюсь я. – Макияж, наверное, потек.

– Сейчас поправишь, – Пеплов натягивает брюки, а затем, коротко наклонившись, поднимает с пола мою одежду. – Держи, нам возвращаться надо.