Дорогое удовольствие

В конце концов, я – всего лишь секретарша, а он такой влиятельный и богатый человек…

Но сейчас до меня вдруг доходит, что Антон прав. Вместе с этой работой я получила определенный статус, который предполагает не только обязанности, но и права. Да, черт возьми, я имею право требовать от малознакомых людей называть себя по имени! Какими бы акулами бизнеса они ни были! Не деточка, не куколка, не «эй ты», а Камила!

– Хорошо, я непременно воспользуюсь вашим советом, – благодарно улыбаюсь я. – Еще раз спасибо.

– Пожалуйста, – уголок его рта коротко дергается наверх.

Несмотря на природную суровость, в этот миг Пеплов выглядит довольно расслабленным, и этот его тон… Не знаю, он будто располагает к дальнейшему общению. Может, у меня, конечно, крыша едет от усталости, но я на интуитивном уровне ощущаю, что мне не нужно сейчас уходить. Не нужно, и все.

– Антон Максимович, а можно вопрос личного характера? – повинуясь необъяснимому порыву, интересуюсь я.

– Давай, – милостливо разрешает он.

– Мне не стоит идти на свидание с Маратом Исхаковым, да? – расхрабрившись, выдаю я.

– Почему ты думаешь, что не стоит? – его левая бровь недоуменно изгибается.

– Ну, мне показалось, вам он не очень нравится…

– Мое отношение к Марату не играет никакой роли, – качает головой Антон. – Главное, чтобы он нравился тебе, а мое мнение здесь вторично.

– Возможно, но почему-то я думаю, что вы не ошибаетесь в людях, – воспользовавшись его благодушным настроением, медленно подхожу ближе.

– Ошибаюсь. От этого никто не застрахован, – Пеплов не выпускает мое лицо из фокуса.

– Ну так я правильно поняла, что вы его недолюбливаете? – останавливаюсь у его стола и плавно опускаю ладони на столешницу.

– Да, – прямо отвечает он.

– Я не пойду с ним на свидание, – наклоняюсь вперед так, чтобы вырез моей блузки был виден Антону чуть лучше.

– Но по другой причине, – впервые в жизни я осмеливаюсь перебить его.

– И по какой же? – его черные, сводящие с ума своей глубиной глаза слегка сужаются.

– Потому что я хочу вас, а не его, – окончательно потеряв страх, признаюсь я.

Странное дело, мой голос совсем не дрожит. В нем нет даже намека на нервозность. Под раскаленным, опаляющим кожу взглядом Пеплова во мне вновь просыпается испорченная Камила, которая ничего не стесняется и спокойно переступает рамки приличий. Горячая, распущенная, уверенная в своей привлекательности.

– Уже поздно, – к моему разочарованию, тон Антона звучит сухо и даже как-то по-деловому. – Тебе пора домой.