Дорогой друг Декстер

 — Он не займет много места, но потребуется большая доза успокоительного.

— В каком состоянии он находится? — поинтересовался «ирокез».

Хороший вопрос для человека его профессии, но единственный ответ, который пришел мне в голову, оказался несколько легкомысленным:

— Боюсь, вам самим потребуется большая доза успокоительного.

Не оценив сложности положения, врачи взглянули на меня так, словно с моей стороны это была дурацкая шутка. Затем они посмотрели друг на друга, пожали плечами, и старший из них произнес:

— Ладно, приятель.

Пока они везли ее к микроавтобусу доктора Данко, я забрался в машину, чтобы посмотреть, как чувствует себя Дебора. Она лежала с закрытыми глазами, очень бледная. Но дышала сестра легче. Открыв один глаз и посмотрев на меня, она спросила:

— Почему мы не движемся?

— Доктор Данко разбил свой микроавтобус. Дебора напряглась и попыталась сесть. Теперь оба ее глаза оказались открытыми.

— Вы его взяли?

— Нет, лишь пассажира. Думаю, он хотел доставить его в нужное место, поскольку обработка закончилась.

Дебора побледнела еще больше.

— Кайл? — прошептала она.

— Нет. Доукс говорит, что это парень по имени Фрэнк.

— Ты уверен?

— Да. На его шее имеется тату. Это не Кайл, сестренка. Дебора закрыла глаза и опустилась на койку так, словно из нее вдруг выпустили воздух.

— Слава Богу!

— Надеюсь, ты не будешь возражать, чтобы разделить свой кеб с Фрэнком? — спросил я.

— Нет, — ответила сестра; затем ее глаза вновь широко открылись, и она произнесла: — Прошу, Декстер, не затевай никакой возни с Доуксом. Помоги ему найти Кайла. Обещаешь?

Наверное, на нее подействовало лекарство, поскольку я всего лишь на одном пальце руки мог сосчитав, сколько раз она обращалась ко мне с просьбой на такой жалобной ноте.

— Хорошо, Дебс. Сделаю все, что могу.

— Спасибо.

Я подошел к микроавтобусу доктора Данко в тот мент, когда старший врач выпрямлялся, видимо, закончив блевать.

— Поднимайся, Майкл, — сказал старший. — Пошли, дружище.

Майкл, судя по всему, никуда не хотел двигаться. Он раскачивался, сидя на краю тротуара, непрерывно повторяя:

— О Боже. О Иисусе. О Боже…"

"Решив, что парень не нуждается в моей помощи, я прошел к двери со стороны водителя. Она была открыта и я заглянул внутрь.

Доктор Данко, похоже, очень спешил.