Дорогой сводный братец

– Удивительно, что ты это помнишь.

Я не забыл ни одной детали.

Ни одной.

Мы начали вспоминать, как я издевался над ней, и в какой-то момент она сказала:

– Ты не был таким уж злодеем, каким хотел мне казаться.

– Ну, а ты оказалась вовсе не такой наивной, как я предполагал.

Мой тон не скрывал, на что я намекаю. Мы посмотрели друг на друга с молчаливым пониманием, что разговор надо заканчивать, не развивая эту тему."

"Я думал, что обстановка разрядится, как только мы попадем в безумную атмосферу ночного клуба, но меня ждали другие испытания.

* * *Мы танцевали до упаду. Эта часть вечера понравилась мне больше всего. Мощные басы музыки гулко отзывались в моем теле. Вокруг нас танцевали прильнувшие друг к другу мужчины и женщины, но мы с Гретой старались держаться на расстоянии.

Иначе было нельзя.

В какой-то момент я отлучился в туалет, и, пробираясь обратно под лучами разноцветных вспышек, заметил, что почти вплотную к Грете танцует какой-то парень и шепчет ей что-то на ухо.

Когда я вернулся, моя совесть отступила под давлением спонтанной первобытной реакции.

Я обвил рукой ее тоненькую талию и рывком прижал к себе. Она не сопротивлялась. Моя рука все еще решительно лежала на ее талии, когда она на меня посмотрела. Я взглядом предостерег ее. В тот момент мы снова стали Элеком и Гретой, какими были семь лет назад. Меня переполняла ревность, и я всем своим видом это демонстрировал. Учитывая, что у меня сейчас были серьезные отношения с другой девушкой, с моей стороны было несправедливо ожидать от Греты, что она будет соблюдать правила, которые я сам не соблюдал, но она испытывала такие сильные чувства ко мне, что мне это сошло с рук.

Мы молчали, и, в конце концов, мне удалось подавить в себе инстинкты пещерного человека. Я отпустил ее, и мы снова растворились в музыке.

Все изменилось, когда заиграла медленная музыка. Люди рассеялись в поисках партнера, некоторые покинули танцпол. Каким-то непостижимым образом казалось, что мы на площадке одни.

Грета явно запаниковала и попыталась было уйти.

Я не мог осуждать ее, но эта ночь принадлежала нам. Мне безумно хотелось с ней танцевать.

Я схватил ее за руку.

– Потанцуй со мной.

Она выглядела испуганной, но не сопротивлялась. Я невольно глубоко вздохнул, когда ее тело растаяло в моих объятиях. Она закрыла глаза и положила голову мне на грудь. Мое сердце бешено колотилось, словно говоря мне, что я полный идиот, потому что не понимаю, что это именно то, что оно хочет.