Дорогой сводный братец

Как и следовало ожидать, стоило мне снова повернуться к нему, как он тут же опустил взгляд и уставился в тарелку со своей пастой.

Рэнди был на редкость раздраженным в этот вечер и жаловался, что простой ужин из пасты и красного соуса никоим образом не могут удовлетворить его аппетит. Наконец, он резко поднялся и направился к буфету.

– Грета, какого черта ты набила своими трусами банку из-под чипсов «Принглс»? – взревел он.

Я раскрыла рот от изумления и быстро взглянула на Элека. Несколько долгих мгновений мы таращились друг на друга, а потом Элек громко фыркнул и отвел взгляд.

Мне так нравился его искренний веселый смех.

Взглянув на сконфуженное лицо Рэнди, я засмеялась еще громче. Когда мы с Элеком, наконец, отсмеялись, он, продолжая улыбаться, тихо, так, чтобы только я могла его услышать, прошептал:

– Ну, я же говорил тебе, что их нет в моей комнате.

Рэнди со стуком поставил передо мной банку.

– Но здесь не все!

Элек моргнул.

– Сохранил парочку лично для себя, – прошептал он с обольстительной улыбкой."

"Я закатила глаза и швырнула трусы ему в лицо, а он тут же натянул их себе на голову, как шапочку. Только мой сводный братец был способен выглядеть чертовски сексуально с женскими трусиками на голове. Он продолжал смотреть на меня с озорной усмешкой, и я почувствовала себя совершенно счастливой.

Поздно вечером, когда я только-только переоделась в пижаму и приготовилась спать, зажужжал мой телефон, сообщая, что пришла эсэмэска.

Элек: Ты не могла бы зайти ко мне на минутку?

С бешено бьющимся сердцем я выскользнула в коридор. Элек открыл мне дверь. Выглядел он при этом чертовски сексуально.

– Привет, – сказал он, сверкая белоснежной улыбкой, так резко контрастирующей с его смуглой кожей и черными волосами.

– Привет. – Я шагнула внутрь комнаты и глубоко вдохнула, сразу же отметив, что практически не чувствую запаха ароматических сигарет.

Волосы Элека были еще влажными после душа. На нем была надета черная толстовка с закатанными рукавами, в вырезе которой виднелась голая грудь. Я уставилась на его губы, где все еще виднелся след от долго не заживавшей раны.