Дорогой сводный братец

Это было просто потрясающе – ничто никогда не возбуждало меня больше, чем вид капелек, появляющихся на кончике его пениса с каждым движением моей руки, чем ощущение горячего влажного стержня, еще больше увеличившегося в результате моих ласк. И еще мне безумно нравилось смотреть, как он наблюдает за тем, что я делаю с собой.

– Остановись, – наконец прохрипел он, пытаясь восстановить дыхание.

– Я хочу почувствовать тебя внутри, – прошептала я.

– Почувствуешь. Просто есть кое-что еще, что я должен сделать сначала… просто чтобы убедиться, что ты готова.

– Что?

Вместо ответа он сдвинулся подо мной вниз и приподнял мои бедра. Я сначала не понимала, что он собирается делать, но в следующее мгновение мне все стало ясно, потому что он приблизил лицо прямо к моей промежности. Я ахнула, когда почувствовала на своей коже его дыхание, а потом прикосновение его горячего рта. Это было самое невероятное ощущение в моей жизни. Я даже представить себе не могла, что бывает так сладко, когда его язык начал медленно, но решительно прикасаться к моему чувствительному холмику.

Когда он глухо застонал, этот вибрирующий звук отозвался прямо у меня внутри, и я не смогла сдержать крик.

– Тс-с, – шепнул он. – Нам нельзя шуметь.

Но я больше не могла это выносить.

– Тогда тебе придется остановиться.

– Я не хочу. Ты такая вкусная, – пробормотал он, продолжая лизать меня, а потом вдруг засунул язык так глубоко, как мог, прижимаясь губой к моему клитору.

О! Боже!

– Элек! Если ты не остановишься, я сейчас кончу!"

"Он пососал последний раз мой клитор и медленно отпустил его.

Он выскользнул из-под меня и, подтянувшись вверх, обхватил мое лицо ладонями.

– Вот теперь ты готова, – улыбаясь, сказал он.

Он потянулся за своими шортами, которые валялись на полу, и, вытащив из кармана презерватив, надорвал обертку зубами. Его взгляд, обращенный при этом на меня, заставил дрожать от предвкушения.

Надев презерватив, он навис надо мной и начал целовать, твердый член уткнулся мне в промежность.

– Осторожнее, – пробормотал он. – Тебе будет больно.

– Плевать. Мне все равно.

– Сейчас не будет все равно. – Он завел мои колени назад так далеко, как только мог. – Держи меня за спину крепче, можешь меня бить, кусать, делай что угодно, но только не кричи. Они не должны знать, что мы здесь с тобой.