Достойны ли мы отцов и дедов

Вяткин подняв за шиворот предателя, потащил его за дом. Там раздался выстрел, и затем вопли:

— Стой сволочь, все равно убью!

Развязавшийся Перпутько, убегал к лесу, петляя словно заяц. Раздался одиночный выстрел. Предатель упал и покатился и замер недалеко от крайнего дома.

— Кукушка-два, ты его там не завалил?

— Нет Филин. Притаился гнида.

— Хорошо пусть лежит.

Хорошо хоть одно дело сделали.

— Всем, собираемся и уходим. Контролировать фланги. Немцы вполне способны обойти. Марков позаботься, чтоб немцы не смогли восстановить ни танки, ни бронетранспортеры.

Жги, взрывай, у тебя двадцать минут.

Через пол часа мы окончательно покинули деревню. Во время боев за эту деревню мы потеряли двенадцать человек, в том числе Супонина, который спас мне жизнь. Немцы, по моим подсчетам, около ста пятидесяти, причем в основном СС, а это уже элита.

У нас всегда были хорошие воины, вот только не всегда хватало нормальных командиров, практика негативного кадрового отбора чувствовалась всегда, и длилось это на протяжении все истории России.

Что было в царские времена, что в советские, а то, что было в наше время, после развала СССР, вообще доброго слова не стоило.

Надо только умыться кровью, чтобы начинали думать и выдвигать действительно талантливых командиров, а не зажиревших генералов мирного времени. Вся история войн это подтверждала, что Первая Мировая, что Великая Отечественная.

Отойдя в лес, перегрупповались и двинулись в сторону деревни Запрудье. Прежде чем окончательно уйти, пришлось разобраться еще с двумя шпионами.

Спектакль был почти такой же, только одного из них при попытке побега Миронов просто застрелил для убедительности. Теперь немцы как минимум из двух источников будут знать, что мы уходим к деревне Каштановка, где у нас спрятано оборудование и где нас должен будет подобрать самолет. Реально к этой деревне уходили мы с Мироновым, Воропаевым и снайперами. Еще к нам примкнул сержант Марков, по общему молчаливому одобрению. Да и я не был против, я его еще по боям в Могилеве помнил.

Вместо деревни Запрудье, отряд двинулся южнее, в сторону Смоленска. Тут я наконец-то выяснил, что такой за сотрудник НКВД, которого прятала девушка Надежда.

Это оказался старый знакомый, капитан Чистяков, заместитель начальника Могилевского управления НКВД.

Мы с ним нормально пообщались на привале. Он нормально идти не мог, и ему помогали два бойца.

Он, увидев меня, дружески улыбнулся и протянул руку. Я ее пожал.