Достойны ли мы отцов и дедов

— Пошли еще пару человек в лес — и показал ему направление- шесть немцев остались, они вам в тыл зайти хотели, да пришлось их положить. Пусть пулемет заберут. Вещь в хозяйстве нужная, а мы с тобой тут немцам сюрприз подготовим.

Тот видимо не дурак был, смекнул, что для немецкого агента я слишком резвый и успокоился, но возле меня держалась пара человек с винтовками. Ну и ладно. Я их сразу припахал, чтоб помогали мне. Сделали три управляемых фугаса. На расстоянии двадцати метров друг от друга. Причем один из них поставили на обочине, справедливо полагая, что немецкие танкисты, в случае подрыва головных танков попробуют их объехать, чтоб иметь возможность открыть огонь.

Прокинули провода. И обсудив со старлеем, как будем отступать, поставили МОН-50 с электровзрывателем, чтоб в случае чего отсечь преследователей. И обсудили порядок отхода. Один из пулеметчиков смещался назад для прикрытия, а его второй номер должен был подорвать монку, когда отступающие пройдут сектор поражения мины. Трупы немцев, освобожденные от оружия и в особенности от гранат были благоразумно убраны. Из природной вредности под сиденье БТР я подложил гранату, сделав простейшую растяжку. Пусть попробуют отогнать.

Расставили трофейные пулеметы, расчистили сектора обстрела и подготовились к бою. Пока было время, по моему совету, бойцы окапывались, маскируя свои позиции. Тут вернулись пара, посланная в лес за пулеметом. Им тоже наделили место в засаде и затаились, ожидая немцев. Один из бойцов переоделся в немецкую форму. Вспомнив воспоминания ветеранов, посоветовал отрядить четырех бойцов, лучших стрелков снабдив их бронебойно-зажигательными патронами.

Основные немецкие танки, которые стояли на вооружении Вермахта, Т-II и Т-III, имели малый запас хода, не более ста километров, что было большой проблемой при прорывах и маршах на большие расстояния. Поэтому очень часто горючее немецкие танкисты возили в канистрах на броне. А учитывая, что в качестве горючего немцы использовали в бензин, а не дизтопливо — двигатели были карбюраторными, можно было этим воспользоваться — поджечь танки на марше.

Гул танковых моторов нарастал.

Через пять минут на дороге появился первый немецкий танк. Это был Т-III, раскрашенный в летний камуфляж, дополненный ветками.

Увидев подбитый бронетранспортер, танк остановился. По договоренности из кустов вышел наш боец, переодетый в немецкую форму и замахал руками, показывая, что нужно двигаться вперед. Так помахав секунд тридцать, он снова спрятался в кустах.