Достойны ли мы отцов и дедов

Танк постоял секунд двадцать и двинулся вперед, за ним вторым следовал тоже Т-III, дальше шли два Т-II и бронетранспортер с панцергренадерами. Дальше колонна не просматривалась.

Когда первый танк наехал на фугас, Михайлов крутанул, подрывную машинку. Раздался сильный взрыв. Танк чуть подпрыгнул, сместившись влево, загородив собой дорогу, и загорелся. Второй танк не успел затормозить и попытался свернуть вправо и наехал на второй фугас, чем мы не преминули воспользоваться. Раздался второй взрыв прямо под гусеницей.

Порвало гусеницу и оторвало несколько катков. Танк замер.

Бойцы, в нарушение всех инструкций, радостно закричали «Ура». Две следующие «двоечки» синхронно развернулись в нашу сторону и открыли огонь по лесу из курсовых пулеметов. С бронетранспортеров и уже видимых грузовиков Опелей-Блицов посыпалась пехота. Пулеметчики открыли огонь. Забухали винтовки.

Я скромно разместился на противоположной стороне дороге, замаскировавшись и приготовив для стрельбы свою СВУ, зарядив ее бронебойно-зажигательными патронами.

Со мной редкой цепью залегли выбранные стрелки. Через тридцать секунд все четыре танка, на которых были размещены канистры, уже горели как факелы. Одна из «двоечек» попыталась сманеврировать и наехала на третий фугас. Раздался взрыв. Танк опрокинуло. Последний танк, зажатый между поврежденными пытался дергаться, но разгоревшийся пожар на броне заставил его остановиться и из него полезли танкисты, которые тут же были застрелены. Немецкая пехота сделала попытку атаковать, но нарвавшись на плотный огонь трофейных пулеметов, залегла и начала отступать. В это время я, чуть переместившись в сторону, из снайперской винтовки, вполне спокойно сумел завалить водителя «Ганомага», через открытый люк и пулеметчика, который имел дурость дать мне для этого шанс. Второй номер, попытавшийся продолжить стрельбу, получил пулю в голову.

Но бой начал принимать затяжной характер, а нам это было не выгодно и в условиях леса и подавляющая численности немцев.

Сейчас они начнут обходить и зажимать в клещи.

Сделав еще несколько выстрелов из СВУ, завалив особенно резвых, начал отступать. Пока немцы были отвлечены перестрелкой, мы с бойцами подбежали к танкам и покидали в открытые люки гранаты с привязанными к ним четырехсотграммовыми толовыми шашками. Переждав четыре мощных взрыва — детонацию боекомплектов танков, мы побежали на соединение с основным отрядом.