Доступ к телу

– Не надо отпускать, – в круглых голубых глазах посреди раскаяния мелькнуло одухотворение, – я… вечером.

– Смотри сама. И еще, – я улыбнулась, – я люблю тебя, дурында. Слышишь?

Только она умела так наваливаться, что ты тонул в ее упакованных в платье титьках, и знал, что уже никогда не расчешешь встрепанные ее пятерней локоны.

То был вечер, когда хотелось прогуляться до дома пешком. Оставить машину на парковке, забыть про руль, не запираться в салоне, но чувствовать жизнь в ее текущем моменте. Неспешно шагать по улице, ощущать на своих плечах закат, ловить неопределенное предвкушение чего-то хорошего, которое обязательно придет.

Быть может, я просто старалась не помнить о том, что теперь знаю номер Гранда, что очень хочу его набрать и сказать «привет». Не зацикливаться, не ждать, не определять ход судьбы заранее. Сегодня я хотела быть частью города, его проспектов, неопределенным пятном для прохожих, незнакомкой в кремовом платье, тонким шлейфом духов, мимолетным взмахом ресниц, девушкой, чьего имени они никогда не узнают.

К тому моменту, когда я достигла своего квартала, мои ноги устали от каблуков, а желание увидеть этим вечером определенного мужчину усилилось до критической отметки. Я скучала по нему, и мне было душно в нашем времени врозь, оно было лишним.

Может, поэтому я искала глазами его машину на парковке у своего дома, и потому напряглась, заметив, что на другой стороне улицы стоит черный квадратный внедорожник. Удержалась, не пошла проверять номер, не захотела после говорить себе: «Дура, конечно, это не он».

А вот консьерж, мимо которого я хотела прошмыгнуть, просто поздоровавшись, неожиданно козырнул и предупредил:

– На этаже вас дожидается гость. Я велел ему сидеть здесь на диване, но он меня не послушал. Надеюсь, не вор, и в вашей квартире все в порядке. В любом случае, мисс, у нас камеры, как вы помните, волноваться не о чем…

Я уже не слушала пространную речь, я торопилась к лифту и чувствовала, как потеют ладони.

Черный джип и гость – это совпадение? Или это… оно?

Он стоял у двери в мою квартиру. Гранд. Опершись на стену, дожидаясь хозяйку. И в его позе не было покорности судьбе, но расслабленное терпение. Стоило мозгу распознать абрис знакомой фигуры, как ноги мои стали ватными. Никогда не привыкну к тому, насколько он большой, крупный, насколько он мужчина, и как сильно обезоруживает меня прямой взгляд темных глаз.

Я была рада до одури.