Дотянуться до звёзд

– Славная победа, Уэс, – сказал тренер Браун, когда я выпрямился и вытер рот тыльной стороной ладони. Он прижал к моей груди бутылку воды и похлопал по плечу. – Ты как, нормально?

Я кивнул, по-прежнему судорожно переводя дух. Тренер открыл было рот, возможно, хотел дать ценный совет, но потом передумал, похлопал меня по спине и ушел, оставив меня одного. Еще со времен моего первого курса Браун усвоил, что я показываю все, на что способен, когда это нужно для дела, но никому не позволяю лезть себе в душу.

Остальные участники забега прохаживались туда-сюда, чтобы остыть, упирали руки в бока и тяжело дышали, ожидая, когда объявят окончательные результаты.

– Знаешь что, Тёрнер? – Хейз хватал ртом воздух, согнувшись и уперев руки в колени. – Я бы восхищался тобой… не будь ты таким ублюдком.

– Когда-нибудь, – проговорил Джейкобс, отдуваясь, – он свое получит… Надеюсь, я буду рядом и увижу это.

Я только плечами пожал. Победа-то осталась за мной, а это самое главное. Как всегда после выигранного забега я стал ждать прилива радости.

И ничего не чувствовал.

Меня никогда не радовали победы.

Глупое и бесполезное занятие, но я ничего не мог с собой поделать.

«Брось это дело, Носочный Мальчик. Его здесь нет и никогда не будет».

Зато я увидел Отем и Коннора – они сидели рядышком, склонившись друг к другу огненно-рыжей и темноволосой головами. Просто болтают? Или он пытается украдкой ее поцеловать? Вряд ли. Коннор как никто умеет читать настроение женщин и вероятно знает, что Отем не потерпит подобных вольностей, пока они официально не соберутся на первое свидание.

Я едва заметно улыбнулся. «Можешь сколько угодно хлопать ее по ладони и обнимать, но чтобы ее поцеловать, тебе придется потрудиться».

Соревнования закончились, и Амхерст – благодаря мне – размазал другие команды. Но даже без заработанных мною очков наш потенциал был несравнимо больше, чем у других. У «Мамонтов» впереди славный год.

Я прошел мимо студентов из команды Тафтса – они натягивали толстовки и тренировочные штаны – и обронил на ходу:

– Увидимся в следующем месяце, Джейкобс.

– Иди ты, Тёрнер! – рявкнул тот в ответ.

На поле хлынули друзья и члены семей, и я внутренне подобрался: ко мне спешили Коннор и Отем.

«Она пришла. Конечно, лишь потому, что хотела увидеть Коннора, но ведь пришла. Потому что хотела встретиться с ним. И все-таки она пришла».

Мы с Коннором обменялись рукопожатием, и он попытался меня обнять, но я его оттолкнул со словами:

– Отвали.