Доверие

Даже если ты на таблетках, риск чересчур велик.

Я киваю, слишком изможденная, чтобы возражать. Вероятно, он прав. Уверена, пять раз за двенадцать часов не станет ежедневной нормой, но чем чаще это будет происходить, тем выше шансы.

– Хоть я в жизни ничего горячее и не видел, – добавляет мужчина, потерев большим пальцем внутреннюю поверхность моего бедра. Я смущенно краснею, чувствуя его семя, вытекающее из меня. Не знаю, как это выглядит, зато ощущение мне нравится.

Раздевшись, я отжимаю свою одежду, быстро обмываюсь, после чего мы оба выбираемся из душа и вытираемся.

Мне нужно добраться до своей комнаты в чем-то сухом, поэтому, пройдя в спальню Джейка, я надеваю его боксеры, закатав пояс несколько раз, чтобы не болтались, и одну из футболок. Собрав свои мокрые вещи, чмокаю его в щеку.

Он замирает, натягивая на себя футболку.

– Возвращаюсь в свою постель. Пока у меня еще ноги функционируют.

Джейк вскидывает бровь, однако я замечаю, что он пытается подавить улыбку.

Нет, ну серьезно. Я нуждаюсь в нормальном сне.

И личном пространстве. Когда происходит слишком много всего и слишком быстро – это немного пугает. Мне нравится то, что я обрела здесь. Не хочется опять себя потерять.

– Увидимся завтра вечером, – шепчу, снова его поцеловав, на сей раз в губы.

– Завтра вечером, – отвечает он.

Разворачиваюсь, собираясь уйти, но останавливаюсь и спрашиваю:

– Я все равно должна выполнять утреннюю работу по хозяйству?

Мужчина озадаченно прищуривается.

– То есть, раз мои обязанности теперь распространяются и на ночь?

Его глаза округляются.

Оскалившись, Джейк замахивается и шлепает меня по заднице.

Я смеюсь, выбегаю из комнаты и закрываю за собой дверь, однако успеваю уловить его улыбку. Он качает головой.

Мне нравится улыбка Джейка. Нам так редко доводится ее видеть.

Выдохнув, направляюсь к своей комнате, как вдруг чую специфический запах. Замираю и перевожу взгляд вправо. Там, на темной узкой лестнице светится яркий оранжевый огонек, а из черноты поднимается облако дыма.

Он встает; половицы скрипят под его весом. Едва Калеб показывается из тени, я выпрямляюсь. Пристально смотря на меня, он делает очередную затяжку, затем бросает окурок на пол и наступает на него босой ногой.

В животе все переворачивается. Я резко поднимаю взгляд, вновь устанавливаю зрительный контакт и спрашиваю:

Разумеется, он сохраняет молчание.

Калеб подходит ко мне. Начинаю пятиться к своей спальне, но он вскидывает руку и преграждает путь.