Доверие

Я опираюсь на раковину, немного приподнимаю руку, заскулив от боли. Мои мышцы одеревенели. Смотря на бинт, начинаю его разматывать.

Вдруг кто-то входит в комнату. Поднимаю глаза и обнаруживаю Калеба. Он помылся, побрился, переоделся в чистые джинсы и темно-синюю футболку. При мысли о том, насколько мне нравилась каждая мелочь в нем прошлой ночью, щеки вспыхивают.

А я вся грязная, с волосами, свисающими на лицо, покрытая кровью и потом. И не только своим потом.

Подойдя ко мне с красной жестяной коробкой, парень ставит ее на стойку, заправляет мои пряди за уши и рассматривает меня.

Пощечины. Он проверяет, не появились ли синяки.

Глядя на рот Калеба, жалею, что вчера мне не удалось услышать его голос. Хотя пару раз показалась, будто слышала.

Я протягиваю руку и тоже дотрагиваюсь до его щеки, начиная верить, что вообразила себе все те знаки, которые уловила от него, но… парень отворачивается, слегка отстранившись назад.

Моя кисть зависает в воздухе. Он опускает руки и роется в аптечке.

К глазам подступают слезы. Мне хочется вернуть прежнего Калеба.

– Калеб… – бормочу я.

Избегая зрительного контакта, он прищуривается, снимает старую повязку и принимается обрабатывать швы.

– Не знаю, что ты пытался сказать прошлой ночью, только я это почувствовала.

Парень усаживает меня на край ванны, приседает на корточки, после чего перевязывает рану чистым бинтом.

Я пристально наблюдаю за ним. Мной начинает овладевать стыд из-за того, что Калеб отказывается даже взглянуть в мою сторону.

Вчера я не испытывала угрызений совести, ничего не стыдилась.

Теперь он, наверное, гадает, какой распорядок будет у шлюхи. Кому я достанусь по четвергам? По вторникам? Мы будем встречаться в моей постели, или я приду к тебе?

Во рту пересохло, на глаза все сильнее наворачиваются слезы. Пытаясь сглотнуть, снова шепчу:

– Я это почувствовала.

Почувствовала его; то, как прекрасно все было; как я хотела раствориться в нем навсегда. Это был идеальный момент, когда на один гребаный миг для меня все встало на свои места, и я ощутила себя полноценной и сильной. Такие моменты – редкость.

Уголки губ Калеба дергаются, его движения замедляются, однако он вновь сосредотачивается, закрепляя повязку.

Я медленно поднимаю правую руку, словно протягиваю ее собаке при первой встрече, чтобы та обнюхала ее.