Я еще ничего по сравнению с Оливией.
— Боже мой, — шепчет она. — Я еще не сказала ни слова, да?
— Ты просто пялишься на меня, — подтверждаю я.
Она прячет лицо в ладонях.
— Я сегодня никак не соберу мозги в кучу.
Смеясь, я притягиваю ее к себе и крепко обнимаю.
— Это нормально. Теперь я не так сильно переживаю, что мне понадобилось четыре попытки, прежде чем наконец постучать в твою дверь.
— Я думала, у тебя все под контролем."
"— Могу я сказать тебе правду? — подцепив пальцем ее подбородок, я поднимаю ее лицо вверх.
— Я никогда не чувствовал себя таким чертовски бессильным. Вот почему я собираюсь поцеловать тебя сейчас, а не ждать до конца нашего свидания, как я обещал себе, ладно?
Уголок ее рта приподнимается, и я вытягиваю шею, чтобы прикоснуться губами к ее губам. Сначала это происходит неуверенно, я медленно исследую ее, проверяю границы. Но потом ее губы со вздохом раскрываются, позволяя мне распробовать ее, а ее рука хватает мое пальто, чтобы удержаться в вертикальном положении.
— Ол, — шепчу я ей в губы.
— М-м-м.
— Иди одевайся.
Она издает недовольный вздох, и я смотрю, как ее задница подпрыгивает в этих тонких лосинах, когда она идет по коридору и исчезает за дверью.
Я заглядываю в маленькую прихожую и улыбаюсь шнурку, который я подарил ей на Рождество, и что он висит рядом с ее пальто. К нему прикреплены два ключа и карточка, подтверждающая ее личность, и я замечаю яркий луч в виде фотография лица Оливии на ней.
Я немного любопытный, поэтому открываю шкаф в прихожей и приятно удивляюсь, обнаружив ее хоккейные коньки именно там, где я надеялся их найти.
Мой большой палец скользит по лезвию — они достаточно острые, чему я рад. Я тихо выскальзываю за дверь и прячу их в багажник, и все это до того, как она закончит собираться.
Я снимаю пальто и прохожу в гостиную, стараясь не обращать внимания на пронизывающий холод квартиры, когда сажусь на диван. С одной стороны журнального столика лежит стопка романов, которые наверняка заинтересуют Хэнка, с другой — кипа бумаг, на которых, похоже, тесты по женской репродуктивной системе, а на ручке, что лежит поверх стопки, выгрызаны идеальные следы зубов.
Я беру рамку с журнального столика, и рассматриваю фотографию внутри — судя по елке на заднем плане, она вроде как, сделана в прошлое Рождество. На руках у Оливии улыбающийся ребенок, ужасно милый, а сбоку к ней прижимается маленькая кареглазая девочка с фотографии Кары.
