Ведь я понимаю, эти слезы означают, что Оливия действительно заботится обо мне, что мысль о том, что мы снова пойдем разными путями, для нее так же болезненна, как и для меня.
Но по большей части я ненавижу эти слезы. Я не хочу быть темным облаком, которое нависает над ней. Я хочу быть светом, который освещает тьму и уменьшает все ее страхи.
— Не плачь, красавица.
— Прости, — она задыхается, проводит рукой по щекам, отворачивая лицо.
— Эй, — подцепив пальцем ее подбородок, я поворачиваю ее лицо к себе.
— Твои слезы — это не слабость, так что перестань пытаться их скрывать. Не извиняйся за то, что показываешь мне свои чувства. Быть уязвимыми друг с другом — это то, как мы учимся быть лучшими партнерами. Когда ты показываешь мне, в какой любви ты нуждаешься, я учусь ее тебе давать.
Ее слезный взгляд меняется на слове из пяти букв, что непреднамеренно вылетает из моего рта, и моя грудь как кулак сжимается. Я смущен и лишь привыкаю к слову из пяти букв, которые появились из ниоткуда, но так легко обосновались во мне и вокруг, чего я никак не ожидал.
— Я не знаю, как просить о помощи, — признается Оливия. — Я притворялась, что все в порядке, пыталась быть идеальной для тебя, потому что ты так идеален со мной, а если у меня не выходит, если некоторые вещи все еще пугают меня… — она зажмуривает глаза. — Зачем тебе оставаться, если это так тяжело?
— Прошла одна неделя, Оливия. Твои страхи не исчезнут в одно мгновенье. Теперь я понимаю, что так не бывает.
Это то, над чем нам нужно работать, через что нам расти вместе, — я заправляю ее волосы ей за ухо. — Будь нежнее к себе.
С уверенностью заявлю, что быть к себе нежнее — это совсем не то, что она привыкла делать.
— Я боюсь, Картер. Мне страшно, что я твой пробный вариант. Ты всю свою карьеру в НХЛ делал совсем другое, и я должна поверить в то, что я — женщина, которая появилась из ниоткуда и из-за которой ты вдруг захотел того, чего ты никогда не хотел раньше? — она мотает головой.
— Не думаю, что когда-либо была самоуверенна настолько. Я даже не могу отпустить ту статью. Слова повторяются в моей голове, я размышляю, достаточно ли меня, а потом я вижу всех женщин, которые так хотят тебя, некоторых из тех, кто уже был с тобой, и я ненавижу… — она опускает лицо, ее плечи сжимаются, она дрожит, плачет, руки сжимаются в кулаки. — Я ненавижу, когда смотрю на них и чувствую, что меня недостаточно, что я не дотягиваю.
