Картер сбивает шапку с головы Гарретта.
— Нет, потому что ты надоедливый!
— Это ты надоедливый! — Гарретт цепляет ногой за колено Картера, и когда тот падает на пол гостиной, он увлекает Гарретта за собой.
— Дети, — бормочет Эммет, пока они борются. — Мне стыдно за них.
Адам мотает головой.
— Ирония в том, что я младше всех.
— Но определенно самый взрослый, — отвечает Эммет, потягивая пиво.
— О, определенно.
Я бы хотела сказать, что вот это поведение парней, когда они препираются, переругиваются, оно не типично, но это так.
Самое неловкое в том, что я нахожу это… фу, даже не хочу говорить — милым. Не спрашивайте почему, я понятия не имею. Я лишь знаю, что эти мужчины любят друг друга так сильно. Видеть их такими дурачащимися, это замечать разительный контраст с их пугающим поведением на льду.
— Твой парень придурок, — бормочет Гарретт, когда я сажусь рядом с ним на диван. Он пытается поправить волосы, но это бесполезно, поэтому он нахлобучивает шапку обратно на голову. — Ты должна бежать, пока еще можешь.
Дженни садится между нами, закидывая одну ногу на другую, и бирюзовые глаза Гарретта расширяются, он смотрит на ее черный каблук рядом с его коленом.
— Эй. Привет, — он проводит ладонями по бедрам. — Тебе достаточно… ты хочешь еще… Позволь, дам тебе немного пространства, — он поднимается на ноги, сбивая с головы шапку, когда проводит пальцами по волосам. — Кто-нибудь хочет еще пива?
Я хмыкаю и фыркаю, подталкивая Дженни.
— Гарретт, возможно, боится тебя.
— Как и должно быть.
Я могу надрать ему задницу, если он хоть раз не так на меня посмотрит.
Я в этом нисколько не сомневаюсь. С середины марта мы с Дженни вместе брали уроки верховой езды благодаря тому, что она шантажировала своего брата. Я не только узнала, что она почти женская копия Картера, такая же уверенная в себе и не фильтрует, что говорит, но и то, что она еще и чертовски суровая. Каждую среду после работы я катаюсь на лошади, но что еще важнее, провожу время с невероятным другом в лице Дженни.
До приезда трансфера у нас еще целый час, поэтому парни погружаются в пивной пинг-понг, в который не разрешают мне играть, потому что Картер считает, что я жульничаю, но он просто обиженный неудачник. Когда он в третий раз отбивает мяч для пинг-понга головой, я понимаю, что что-то не так. Он поднимается по лестнице, бормоча что-то о проверке водопровода, и через две минуты следую за ним. Я обнаружила его на балконе, он облокотился на перила.
