— Это еще один из моих талантов, подаренных Богом, — я смотрю на оживленный парк через дорогу от нас. — Эй, не хочешь прогуляться?
— О, нет, я… — она поднимает рукав пальто, чтобы проверить свое… голое запястье. — Черт. Я не взяла часы.
Я приобнимаю ее за плечи, прижимаю к себе, и веду через улицу.
— Ты бываешь рассеянной. Пойдем, там есть ребята, будет весело.
— Смотря в твоем понимании «весело».
— Если мы соберем двадцать тысяч долларов, меня ткнут пирогом в лицо, а я-то знаю, что Адам Локвуд жаждет сделать это.
Оливия хихикнула.
— А если вы соберете не всю сумму?
— Тогда я пожертвую оставшиеся деньги и получу пирогом в лицо.
— Как ты думаешь, сколько мне надо заплатить Адаму, чтобы он мне уступил?
Я улыбаюсь, притягивая ее ближе.
— Пойдем, коротышка.
Я привыкла быть самым маленьким человеком в комнате. Большая часть моих учеников выше меня, даже первокурсники.
Но то, что я испытываю сейчас — ужасно.
— Это я такая маленькая или твои друзья настолько высокие? — шепчу я Картеру, когда мы подходим к его команде.
Он сейчас возится со второй булочкой с корицей, его пальцы покрыты глазурью, но он все же бросает на меня забавный взгляд.
— И то, и другое. Не переживай. Они не кусаются, — он подмигивает. — А вот я могу.
Я не знаю, как здесь оказалась. Я планировала больше не видеться с Картером или как минимум с ним не общаться. Мне казалось, пятница достаточно жестко, но по делу напомнила мне, кто он такой, чтобы я больше не забывалась и не открывала ему душу.
Но теперь я не так в этом уверена.
"
"Не поймите меня неправильно: этот человек, без сомнения, действительно соответствует самовлюбленному образу, который выстроили СМИ. Он свободно озвучивает все, что у него на уме, что делает его невероятно честным, но в то же время весьма раздражающим.
Мне, в чьи трусики он так активно пытается залезть, совсем не хочется и не нужно знать о девушках, которые вешаются на него при любой возможности. Мне, конечно, приятно, что он объяснил, что происходило между ним и той клубничной блондинкой, но почему-то правда напрягает меня не меньше моих собственных умозаключений.
Самый высокий мужчина в группе оборачивается, и я сразу узнаю в нем Адама Локвуда, вратаря-суперзвезду «Ванкувереских гадюк». Он широко раскидывает руки, направляясь в нашу сторону.
— Куда ты пошел? Я думал, может, ты пошел покупать член… — его глаза смотрят на меня, щеки краснеют. — Носок… — он прочищает горло и робко машет мне рукой. — Привет. Я Адам. Нет.
