Я срываюсь с места и врезаюсь в него, крепко обняв за шею. Паша делает шаг назад, чтобы не завалиться от моего напора. Удерживает.
– Я ведь еще болею! – жалуюсь. – У меня насморк! А они! Посуду били! Шкафами хлопали!
– Капец, Ди. Ну как же так-то.
– Такие ужасы, – горестно всхлипываю. Потом добавляю уже нормальным голосом, с улыбкой: – Я все помыла и убрала. Пошли обедать?
– Пошли, – соглашается Паша. – Я выпишу тебе медаль и премию. За смелость и отвагу.
– А ложки из премии вычтешь?
– Естественно, – кивает он.
– Не ожидал от тебя столь халатной расточительности.
– Если начистоту, я предлагала еще и кастрюли забрать.
– Как непрактично.
Я снова хихикаю, как школьница, и веду его за руку в кухню. Где мы обедаем, обсуждая сегодняшний день. Паша делится подробностями с работы. Я пересказываю в красках набег с последующим грабежом.
– Честно, не помню, откуда ложки. Может, ее мама дарила, может, моя. Мы когда вместе жить начали, нам много чего надарили.
Столько лет прошло.
– Я растерялась. Подумала, что… ты займешь ее сторону. Хотела соблюсти нейтралитет. Это было непросто. Я ревновала.
– Напрасно.
– Это все, что я хотела услышать.
Паша берет меня за руку.
– Я весь день ждал, когда уже домой поеду. На часы смотрел. У меня такого давно не было. Чтобы хотелось время на операции торопить, – говорит он.
Понимаю, что услышала максимум, который он пока готов дать мне.
И это не мало. Когда человек так сильно стремится быть рядом с другим человеком. Все остальное – решаемо.
– Ты меня вдохновляешь, – говорит Паша. – Быть лучше.
– А ты меня.
Он тянется и целует меня в губы. Сначала нерешительно нежно, потом нетерпеливо жадно.
– Обещаю, – шепчу я сбивчиво, – что больше ничего твоего никому не отдам.
И тебя! И тебя не отдам!
– Обещаю, – дает клятву он в свою очередь, – что буду приносить домой столько вилок, сколько потребуется.
Если ты вновь струхнешь.
– Я не испугалась!
– Ну да, конечно.
Несмотря на шуточное настроение, весь оставшийся день заметно, что Паше не понравился визит Лиды и Вероники. Он злится, хоть и скрывает это. Но я чувствую. Малейшую перемену в его настроении улавливаю. И утешаю улыбками и поцелуями.
Вечером Паша отвозит меня домой, после чего отправляется с контейнером, в котором много пончиков, к Матвею.
