Онлайн-библиотека книг
Семейство Никифоровых занимало крохотную трехкомнатную квартирку на втором этаже. Там царила достойная, очень опрятная бедность. Но именно бедность. Все блестит, все начищено, нигде на пылинки. На комоде даже красуется томпаковый[25] самовар. Иконы старые, хорошего письма. И несколько книг стоит на полке. Однако смотреть на это жилище тяжело, безденежье так и выпирает.
Александр Лукич понравился Лыкову. Высокий, плечистый, с открытым славянским лицом. Он не ждал гостей и сначала немного растерялся. На вопрос приятеля, как дела, вполголоса ответил:
– В долг пока дают.
– Тут приезжие господа хотят предложить тебе временную работу.
– Мама, что у нас с самоваром? – крикнул Никифоров, отворачиваясь. Пытался скрыть то выражение, что мелькнуло у него на лице. Надежда и что-то еще. Искательность и одновременно неверие в удачу.
Вышла аккуратная старушка, сказала:
– Горячий. Только вот чем будем угощать?
– А мы все с собой привезли, – стал вываливать кульки на стол Титус. – С удовольствием попьем, коли угостите.
– Титус? – тут же вскинулся Никифоров. – А… – Но осекся, не договорил.
– А это Алексей Николаевич Лыков, мой товарищ и притом работодатель.
– Так бывает? – не удержался хозяин.
– Редко, но бывает, – вступил в разговор надворный советник. – У меня имение в Ветлужском уезде, Яан Францевич там управляющий. Мы прежде вместе служили в Нижегородской сыскной полиции.
– Вот как, – насторожился Никифоров. – Тоже отставные, как и я?
– Господин Лыков – чиновник особых поручений Департамента полиции, – пояснил надзиратель. – То есть он сам сыщик, лесом не занимается. А здесь в отпуску, по личному делу. Сейчас тебе все разъяснят.
Четверо мужчин уселись за стол и принялись ждать чая. Старушка споро расставила чашки, положила щипцы для сахара, заварила покрепче в чайнике и удалилась. Немедленно Титус заговорил:"
"– Вы правильно догадались, Александр Лукич.
Никифоров молча слушал.
– Мы с Алексеем Николаевичем были сегодня у Войтова с Кнаутом. Отовсюду нас выставили. Под тем предлогом, что погибший был жулик, пропащий человек, и нечего, мол, стараться поймать злодеев. Получил, что заслужил.
– Позвольте сказать, Яан Францевич, что брат ваш хорошо был мне известен. Я лично его арестовывал.
