Она подняла голову, увидела совсем рядом его глаза оттенка темного шоколада, и в этот момент он заключил ее в объятия и поцеловал, крепче, чем в гондоле, вкладывая в этот жест более глубокий смысл теперь, когда он познакомился с ней ближе. Поцелуй длился, пока им хватало воздуха. Вероника прислонилась спиной к двери своего номера, Эйдан поцеловал ее вновь – так, что вопросы о том, как он к ней относится, улетучились сами собой. К ним пришла любовь. Они не знали, сколько она продлится и чем закончится, но пока, в эту самую минуту, больше не желали ничего: поцелуй был идеальным.
Глава 10
Эйдан и Вероника покинули Флоренцию на следующий день, на машине доехали до Лукки, остановились в маленькой гостинице и следующие два дня провели, гуляя по проселочным дорогам. Это были безмятежные и мирные дни с бесконечными разговорами и смехом. Эйдан постоянно фотографировал Веронику, делая это в самые неожиданные моменты ее задумчивости – такой она ему особенно нравилась. На второй вечер Веронике на мобильник позвонил детектив, которого она наняла в Париже.
Он закончил сбор информации о матери и дочери Марнье и хотел узнать, куда переслать ее. Детектив отметил, что получить эти сведения было очень легко: Марнье прожили на одном месте всю свою жизнь. Вероника попросила переслать факс ей в гостиницу и внимательно прочитала его, слегка хмурясь. Эйдан озабоченно наблюдал за ней, но с расспросами не приставал. Отчет занимал всего пять страниц, поэтому долго ждать не пришлось.
Этот отчет словно отрезвил Веронику.
– Плохие новости? – осторожно спросил встревоженный Эйдан, и Вероника покачала головой, но вид у нее был безрадостный."
"– Скорее, старые, – вздохнула она. Ей не хотелось обременять Эйдана неприглядными подробностями своей жизни и измен покойного мужа. – На чтении завещания Пола все мы узнали, что у него есть внебрачная дочь от женщины, с которой у него был роман еще до нашего развода. После того как мы расстались, я узнала, что романов у него было множество, – об этом она уже упоминала однажды в разговоре с Эйданом.
– Но внебрачный ребенок – только один. Все мы испытали шок. Вдобавок Пол оставил своей дочери четверть недвижимости, наряду с моими девочками, то есть теперь все они владеют шато, каждой досталась одна четвертая доля. Вот я и пыталась разузнать что-нибудь об этой дочери и ее матери. И наконец узнала. В Париже, перед выездом в Рим, я наняла детектива.
Эйдан посерьезнел, как и она.
