В таком случае можно счесть этот провал в другой мир просто… творческой командировкой! Боже, какой бред! Марина схватилась за горящие щёки… Ну, а почему бы и нет?
Ей уже приходилось ездить в глубинку, выполняя задания отдела контроля. Чужие подозрительные взгляды, удивление, пренебрежение, тайные слезы в номере дешевой гостиницы и ощущение, что попала на другую планету со своими законами, правилами жизни и смерти. Что ж, будем думать, что это командировка! Очень здравая и спасительная для разума мысль.
Да-да, надо думать именно так.
Куда, кстати, подевали ее сумку?
Вспомнив про сумку, девушка вспомнила и про одежду. Так что, когда служанка, все еще ворча себе под нос, вернулась в комнату, Марина спросила ее о вещах.
— Лиэль Сиянца приказала все сжечь, — равнодушно ответила служанка.
Девушка не смогла сдержать слёз.
— Не плачьте, лиэль, — смягчилась женщина и, вздохнув, добавила: — Илис все спрятала внизу. Сейчас принесу, если уж для вас это так важно.
Марина отыскала в спальне кувшин с водой, поплескала в лицо, чтобы остановить непрошеные слезы — ей очень не хотелось прослыть плаксой.
Потом рассмотрела, с чем приходила служанка — на постели стоял маленький поднос с лекарством, молоком и печеньем. Рядом лежала длинная теплая рубашка весьма консервативного вида. Не тончайший шелк и кружева, а плотная теплая фланель, глухой ворот и длинные рукава. Как своевременно. В таком одеянии она точно не замерзнет холодной ночью!
Служанка вернулась с медным тазом в руках.
Марина устремилась к нему и с недоумением уставилась на разворошенную кучу белья, бумаг из сумочки и лоскуты шарфика.
— Дети поиграли, — хмуро пояснила служанка. — Что успела, то забрала.
Девушке стало больно. Эти лоскуты и бумаги были последней ее связью с привычным и уютным миром. Молча закусив губу, она стала разбирать неопрятную кучу, стараясь не разрыдаться. Помаду явно кто-то кусал, многие бумаги оказались надорванными, белье тоже пострадало, но больше всего досталось сапожкам на изящных каблучках и нежной офисной блузке.
Слезы сами собой закапали на тонкий шелк. К счастью, служанка вышла до того, как Марина увидела самое главное — ее телефон был разбит на мелкие кусочки — на серебристом пластике тоже явственно отпечатались чьи-то острые зубы.
Разложив свои вещи на две кучки: то, что годилось только в мусор и то, что уцелело, Марина пришла к выводу, что одежду надо постирать, высушить и сохранить.
