Но как изящно девушка разрешила ситуацию! Он, пожалуй, просто рявкнул бы на самых наглых, задавив бунт, а она очень по-женски вышла из конфликта, повеселила всех и убедила съесть этот странный густой бульон с рыбным запахом. Тут Адарис сам попробовал мутное варево, ощутил его вкус и… активно заработал ложкой!
После ужина Марину пришлось уносить в комнату — она задремала прямо за столом. На глазах всего замка лорд лично поднял ее на руки и вышел из зала под одобрительный гул сородичей. Девушка уютно свернулась калачиком в его объятиях.
Ей снилось море, на котором она была всего один раз, в далёком детстве. Ласковые волны укачивали ее, морской бриз приносил удивительный аромат сосен, нагретых солнцем. Вдохнув этот запах, Марина невольно потянулась к его источнику и довольно засопела, уткнувшись в грудь мужчине, несущего её на руках.
Лорд Грей шел по коридору, прижимая к себе девушку, и боролся со своим телом. Теплая, мягкая, доверчивая. Она втянула его аромат, уткнулась носом в ямку над ключицей и тихо довольно сопела, посылая по его венам огненные разряды внезапно вспыхнувшей страсти.
У него давно не было женщины, а короткие яростные разрядки во сне не приносили покоя и удовлетворения. Разве может женщина быть такой нежной и такой открытой? Что помешает ему сейчас взять ее по праву лорда? Да ничего! Но уважение к женщине, привитое отцом, не позволяло ему принудить Марину.
Девушка ничего не знала о терзаниях оборотня. Она сладко дремала, не чувствуя, как он бережно сгрузил ее на кровать, а потом аккуратно стянул хитрое платье, оставив ее лежать в одной сорочке.
Полюбовавшись прекрасным видом, Грей, тяжело вздохнув, укрыл девушку одеялом. Но не выдержал — прилег рядом, инстинктивно пытаясь обнюхать ее руку. Рефлекс сыграл с ним злую шутку: Марина неожиданно запустила пальцы в его шевелюру, потрепала его по голове и внятно сказала:
— Фу, Гоша!
Грей дернулся, тихо зарычал, навис над лицом девушки и… убедился, что она спит. Разум напомнил, что Марина из другого мира, оборотней у них нет, а вот домашние кошечки и собачки, наверняка, имеются.
Подождав некоторое время, лорд медленно склонился над спящей и осторожно, почти не дыша, поцеловал ее в уголок губ. Марина улыбнулась сквозь сон, и тогда Грей позволил себе еще одно нежное касание. Вблизи она пахла тонко, нежно и так маняще, что у лорда снова возникло дикое желание — напасть, схватить, сделать своей, а потом спрятать в логове и оберегать от всего мира.
За спиной скрипнула дверь.
