Первое отделение – вот ваши младшие унтер-офицеры: Ступкин Еремей Потапович и Степанов Архип Гаврилович, – представил он подошедших ближе драгунов с нашитыми галунами на мундирах. – Они и будут с вами на всё время пребывания в нашем запасном эскадроне.
Весь этот день новоиспеченные драгуны занимались строевой. Унтера их гоняли как взводной колонной, так и по отделениям. Шагали и просто по одному размеренным, «печатным» шагом. Панталоны стягивали ногу в икрах и коленях, каски всё время норовили сползти с головы вбок, и их постоянно приходилось поправлять.
– Не чешемся в строю! – покрикивали командиры, цепко оглядывая марширующих. – Ничего, совсем скоро приноровитесь, научитесь всё правильно на себе застёгивать, а то, что узкое, само со временем на вас растянется. Твёрже шаг, спина ровная! Раз! Раз! Раз, два, три! Левой, левой! Выше носочек тянем!
– Ну точно опять словно бы в рекрутское депо попали, – ворчал Лёнька, шагая рядом с Тимофеем. – Вот тебе и драгуны! А ты говоришь, повезло нам, повезло! Ничем они даже от обычной пехоты не отличаются в муштре.
Разместили прибывших по частным домам в пригороде. Таких казарм, как в Уфе или Астрахани, в Моздоке попусту не было, поэтому военное ведомство платило хозяевам за каждого жильца определённую сумму, так называемые квартирные. Деньги для людей были вовсе даже не лишними, и они такому подселению не противились. Многие состоятельные домовладельцы вообще для этих целей даже пристраивали к своему жилищу дополнительное помещение с печкой и с отдельным от хозяйского входом.
Так было и в том доме, куда привели десяток с Тимофеем и Лёнькой.
– Ашот, задаток тебе уже их благородие отдал, а вот и сами жильцы прибыли, – показал на заходящих во двор людей в новеньких мундирах вахмистр. – С тебя, как мы и сговаривались, дрова для готовки еды, большой медный котёл и посуда. Покажешь им, где воду брать и куда во двор по нужде выходить. Старшим у них в артели будет вот этот, – вахмистр уверенно ткнул пальцем в Захара. – Он с виду самый серьёзный тут и постарше всех прочих.
– Мало деньга, совсем мало, – вздохнул огорчённо армянин. – За такая деньга без дров жить надо."
"– Так, ты давай-ка тут мне не торгуйся! – нахмурился вахмистр. – Коли не нравится, так иди в военное ведомство и жалобу подай, что тебе мало за постой платят. Пускай тебя из квартиродателей совсем тогда убирают. Нам то что, мы и к другим жить пойдём.
– Зачем к другой? Почему Кузьма такой злой? – воскликнул, раскинув руки, хозяин дома.
