Якобы ещё при Иване Грозном ногайский хан, который воевал против русского царя, спрятал в этой самой пещере свою любимую дочь Айгуль, красавицу, и с ней же ещё несметные сокровища оставил. Пещера та очень глубокая, и уходит она в самые недра горы. И там, в этих вот недрах, якобы есть большой белый камень и голубое бездонное озеро. Вот сидит там, на этом самом камне посредине озера ногайская принцесса и тоскует от одиночества. А когда она плачет, её слёзы стекают по щекам и капают прямо в озеро.
И как только она начинает заливаться слезами посильнее, тогда даже и то озеро, до которого мы с вами немного не доехали, ну во-он которое, за горой, оно тоже начинает наполняться водой и выходить из берегов.
– Каких только басен ни придумают, – усмехнулся Димка. – Да если бы тут пещера была, её бы давно уже нашли, тем более ради сокровищ! Тут вон после войны, говорят, лагерь был, зэки кирками валуны долбили и известняк добывали, а динамитом скалы подрывали. Всяко нашли бы они здесь пещеру, если бы она действительно только была.
– Это точно, был здесь лагерь, – подтвердил Марат. – Сюда самых таких характерных зэков со стройки Салаватского хим. комбината отправляли на перевоспитание. До сих пор ещё с южной стороны горы несколько вросших в землю каменных бараков видать. Говорят, что сюда путь в один конец был, мало кто из этого лагеря на большую стройку обратно возвращался. Все они в основном где-то вот тут в земле и лежат.
– Ужас! Народ, ну хватит вам уже такие страшилки ночью рассказывать! – передёрнула плечами Наташка.
– А вы заметили, что прохладнее стало, как будто бы тучки на небе появились?
– Да ладно, палатка и две машины есть, если вдруг даже ливанёт, то найдём куда спрятаться, – успокоил подругу Серёга. – Марат, есть у нас ещё что-нибудь крепкое там для согрева? А то вон девчонки начинают мёрзнуть.
– Найдём, – ответил тот с усмешкой. – Что, не в кайф вам уже ваше пиво? Готовьте посуду, я сейчас.
Динар подбросил в костёр дров и присел на бревно рядом с Димкой."
"– Скучная у тебя работа будет, братан, – чуть заплетающимся языком проговорил он. – То ли дело вот мы с Маратом, скоро нефтяной закончим, годик-другой на буровой оттарабаним, а потом в управу пристроимся и бригады будем гонять. И деньги на нефтяных промыслах хорошие платят, и среди людей крутишься, командуешь. Правильно себя поставим, характер покажем, так и уважать станут.
