– На Моздокскую линию все пойдут, – кивнул в их сторону ефрейтор, – там сейчас в полках большая нехватка людей. Кто проворнее и помельче – тех в егеря определят, здоровяков, как вон Дрёмов Игнат, в гренадёры заберут, кого-то, может, и в драгуны или артиллерию запишут, ну а всех остальных в мушкетёрские роты."
"– Одиноков, Одиноков, он это, точно он, глядите, братцы! – пронёсся ропот по строю. Из здания управы вышел в окружении нескольких офицеров знакомый уже многим здесь стоящим капитан. – А чего же он тут делал? Его солдаты ведь в кремле, в полковы́х казармах живут.
– Да кто же это рекрутов и одних в дальнюю-то дорогу отправит? – иронично улыбаясь, произнёс ефрейтор. – Как-никак, а ведь более трёх сотен вёрст по калмыцким степям им до Кизляра идти, потом ещё и вдоль Кавказской линии к Моздокской крепости топать. При таком марше завсегда хорошее охранение надобно. Почитай, кажный месяц чего-нибудь эдакое да случается возле Кавказа. Вот потому-то и собирали здесь все войска воедино. Три месяца никакой сурьёзной отправки от нас к горам не было, все казармы в городе давно уже переполнены.
Зато сейчас одним разом тысячи полторы солдат уйдут, и к ним же наше пополнение притулится. Так что можно теперь за них не опасаться, уж на полторы тысячи штыков дураков точно не найдётся кидаться.
Заскрипели, распахиваясь, ворота, и колонна людей, одетых в овчинные полушубки, с серыми суконными ранцами за спинами вышла из депо на улицу.
– Ну вот, теперяча вы тут самые старшие из всех рекрутов у нас, – оглядев ротный строй, проговорил фельдфебель.
– Полгода службы уже за спиной, и с завтрашнего дня помимо строевых экзерциций начнёте постигать и прочую воинскую науку.
– Помните, штык для солдата есть самое главное оружие на поле боя! – стоя перед строем, громко поучал учебную роту господин штабс-капитан. – Ружья бьют своей пулей на сто пятьдесят шагов, и пока атакующий пробежит их, обороняющийся успеет сделать лишь один залп, очень редко когда два. И всё в итоге будет решать опять же тот самый, надёжный, остро наточенный штык.
Да и вообще, стрельба хороша, когда ты защищаешь свою укреплённую позицию. В атаке же она только лишь сбивает сам темп натиска. Не зря ведь генералиссимус Суворов совсем ещё недавно поучал солдат: «Стреляй редко, да метко; штыком коли крепко. Пуля обмишулится, штык не обмишулится: пуля – дура, штык – молодец!» Всё правильно, ибо со штыком да при хорошем навыке ближнего боя ты любому врагу страшен, хоть пешему, а хоть бы даже и конному.
